Невидимой нитью

Она уже сделала шаг по направлению к дивану, но тут же запнулась.

– Что? – вопрос вырвался как-то сам.

– Да ты охренел? – ошарашенно вскинул брови громила.

Томми закатил глаза. Явно начал раздражаться.

– Боже мой. Как же с вами тяжело… Вы из одного монастыря сбежали? – он снова ткнул пальцем в диван. – Хьюго, вытяни ремень из джинсов и расстегни ширинку. Я не предлагаю тебе снять трусы, монашка ты моя. Майя, садись рядом.

Лицо большого мужчины вдруг стало серьёзным. Густые брови сошлись на переносице, в тёмных глазах мелькнул злой огонь.

– Еще раз скажешь что-то такое, и я проломлю тебе лысину, – тихо, но веско проговорил он.

Сильно.

Томми вдруг растерял всю свою браваду. Его худенькие плечи согнулись, голова втянулась в шею, как у птенца. Майя мысленно хохотнула. Не вслух. Вслух было бы слишком оскорбительно.

– Прости, – выдавил Том. – Просто вы какие-то зажатые… Может, вам поболтать? Я пока могу сходить за кофе, – услужливо добавил он. – Этажом ниже есть автомат.

– Гони, – Хью мотнул головой в сторону выхода.

 – Мне двойной эспрессо. Майе капучино… – он перевел на неё хмурый, но вопросительный взгляд. – Нормально? Может, латте?

Джентльмен…

– Капучино сойдёт, – она кивнула, сделала еще несколько шагов по комнате. Опустилась на диван и зажала ладони между колен.

Томас, не говоря ни слова, вылетел вон. Занавески на большом окне всколыхнулись, сквозняк снова громко хлопнул дверью.

Наступила тягучая тишина.

Майя задумчиво уставилась в серое дверное полотно.

Удивительно, каким послушным сделался Томми. Он, вообще, часто забывался и выходил за рамки, но впервые нашлась модель, которая заткнула его. Обычно его терпели и молчали. Опускали головы, улыбались, втихаря поскрипывая зубами. Всем нужны деньги. Никто не хочет впасть в немилость.

А Хьюго Пирсону, очевидно, деньги не очень-то нужны. Да он и не модель. Бармен, случайно влипший в историю. На пути Томми однажды должен был попасться такой человек, который не постесняется воткнуть его слова ему же глотку.

Справа от Майи раздался шорох. Она оторвала взгляд от двери и обернулась: мужчина медленно встал с дивана, взялся за пряжку ремня, расстегнул. Ремень плоской змеей прошёл через лямки и повис в огромной ладони.

– Будешь подсматривать? – прозвучал вопрос.

Она стремительно глянула вверх. Пересеченная шрамом бровь иронично выгнулась, тёмные глаза смотрели на Майю. Она тихо сглотнула.

– Думаю, мне надо привыкать.

Хью глухо хмыкнул.