Невидимой нитью

По манерам, в общем-то, тоже.

– Майя! – крикнула она, не отводя взгляд от торса. – Не расстраивайся из-за Оливера! У этого такие кубы! Даже нижние есть!

Господи… Хью устало закатил глаза. Схватил белую майку, расправил и в два рывка просунул руки через лямки.

– Можно потрогать? – обалдело выпалила девчонка.

Её ладонь уже с готовностью протянулась вперед. Хью резко одернул подол майки.

– Руки убрала, – рыкнул он.

Но желаемого эффекта на Зеленую не произвёл.

– Жлоб, – флегматично выронила она, отвернулась и встала с дивана.

– Стоять! Ты еще не посмотрела на Майю, – отбрил её Томми. – Ей нужно освежить лицо, выделить брови, глаза. Мне нужны качественные фотографии, бледную мышь я могу сфотографировать и в клетке.

Зеленая открыла рот, чтобы ответить, но не успела.

Дверь ванной тихо открылась. Хью, как и все остальные, обернулся на скрип. На пороге материализовалась Майя… состоящая из одних только голых ног, рук и плеч. Она прижала к телу свою футболку, и оттого создалось впечатление наготы под ней.

И с нею нужно как-то фотографироваться? Как?

– Вот! – Зеленая вытянула руку и указала на девушку. – Она и сама справилась с макияжем. Я пошла.

Справилась? Правда? Хью оторвал взгляд от прижатой к груди футболки и всё-таки заглянул в лицо. Хорошенькое лицо. С аккуратным носом, большими зелеными глазами, чёткими острыми скулами, тёмными ресницами. Возможно, более тёмными, чем были до этого, но кто это заметит, учитывая отсутствие одежды?

Чёрт! На ней же должна быть одежда?

Майя неуверенно потёрла одной босой стопой другую, заложила короткую прядь волос за ухо.

– Я ещё и визажист, – сообщила она. – Со своим бледным лицом могу справиться сама.

Так ему и надо, кретину.

– Дорогая, – Томми картинно всплеснул руками. Тупой осёл. – Я не имел в виду…

– Я поняла, – перебила девушка.

Зеленая ехидно фыркнула, схватила с дивана большую мешковатую сумку и развернулась к двери.

– Ну всё, всем пока, – махнула рукой она. – У меня сегодня еще миллион дел.

Она взялась за ручку, распахнула дверь и вылетела вон. Дверь громко хлопнула на прощание.

Майя проводила Дину взглядом. Дверной хлопок, создавшийся сквозняком, заставил поморщиться.

Ну вот, теперь их осталось трое. Почти интим.

Майя медленно обвела взглядом комнату: колыхающиеся занавески, мягкий ковёр, диван. И человека на диване.