Одноклассники

Специально приехала тогда, чтобы сообщить… однако в его жизни уже семь месяцев была Лиля, которая так же, как и я, находилась в «интересном» положении, и Леша ничего мне об этом не сказал! Если бы я его не любила, разве решилась бы в свои годы на такой шаг? Он выбрал Лилю, но я ни в чем его не виню и давно простила. Вы для меня дорогие люди, и я просто счастлива, что сегодня здесь и могу с вами общаться.

После моей исповеди Марине Алексеевне стало буквально нехорошо, она переменилась в лице.

– Дорогая, вам плохо? Где у вас успокоительные? Я вас расстроила, ради бога, простите!

Она уткнулась лицом в свои ладони, и только судорожно вздрагивающие плечи говорили о том, что она плачет.

– Олечка, милая, я же об этом ничего не знала, и как мне горько слышать это сейчас. Эх, Леша, Леша, – она утирала слезы передником.

У меня защемило сердце. Как я ее понимаю! Вспомнила свою дочь, которая тоже после неудачного романа, сидя у меня на коленях, горько рыдала на моем плече.

– Ты иди, деточка, иди к Алеше! Поговорите, что сидеть со стариками.

Я пошла в комнату и, не доходя, услышала разговор.

– …такая женщина! Как ты мог ее упустить? Как уступил без борьбы? Ты сам во всем виноват, и больше такой, как она, тебе не найти никогда! – выговаривал сыну Виктор Васильевич.

– Отец, я знаю, что такой, как она, в этом мире больше нет, но что мне делать, раз она еще замужем?!

– Не знаю, что ты должен делать! Жди ее, борись за нее! Она должна быть с тобой, если, конечно, захочет и зна…

Я решилась войти в комнату, и они замолчали.

– Вот что, ребятки, – обратился к нам Виктор Васильевич, – вы пообщайтесь. Леша, покажи Оле свой «замок», а я пойду посмотрю, что там Марина Алексеевна делает, – с этими словами он поспешно удалился.

Мы помолчали.

– Идем, – коротко сказал Лешка и крепко взял меня за руку.

Сердце затрепетало. С одной стороны, я очень хотела близости с ним, а с другой – было что-то такое, что мешало мне сделать этот шаг.

Мы отправились на второй этаж, где находились его апартаменты. Как только за нами закрылась дверь, Лешка запер ее и прижал меня к ней. Его рука оказалась на моем затылке. Нежно перебирая мои волосы, он начал страстно меня целовать. Никак не реагируя, я не отвечала на его поцелуи, а просто стояла и смотрела ему в глаза.