Одноклассники

Еще через час силы были почти на исходе, и Леха предложил взять меня на руки, но от такой любезности я отказалась. Если он поднимет меня на руки и попробует пронести хотя бы несколько метров, мы тут же оба рухнем не в состоянии не только идти, но и ползти дальше, а нам необходимо как можно быстрее добраться до метро.

Мелкими перебежками с кратковременными остановками и горячими поцелуями мы вышли на Невский проспект. Народу, как всегда, тьма. Крепко держа меня за руку и уверенно раздвигая прохожих, Алексей настойчиво продвигался вперед.

– Послушай, давай расцепимся, мне тяжело так идти!

Но Леха еще крепче сжал мою руку и твердо заявил:

– Нет!

Он не хотел отпускать меня ни на минуту, не хотел терять ни сейчас, ни в дальнейшей жизни. Мне стало хорошо и спокойно. На эскалаторе, нежно сжав его ногу своими коленями, тихо спросила:

– Ты меня любишь?

– Я тебя обожаю! – с любовью произнес он.

В ушах всё звучали его слова: «Я тебя обожаю… обожаю…» – музыка, поэзия и невероятное, несмотря на нюансы, счастье! Сегодняшний чудесный день предпоследний, а завтра… завтра он уедет, возможно, навсегда. Впереди маячили пустота и полная неопределенность, как жить, что делать без него, как не скучать, не страдать и когда же мы увидимся снова…

Стало грустно. Впереди наш последний вечер, когда мы сможем заниматься любовью, признаваться в своих чувствах и строить призрачные планы на будущее.

В этот день мы любили, как в последний раз. Всей душой, всем телом я принадлежала ему, а он мне. Мы хотели запомнить каждую частичку друг друга, каждый эпизод наших отношений. Мое тело полностью находилось во власти его нежных и сильных рук, а его – в плену моего страстного и трепетного языка. Через пару минут, как мы разделись и легли, Лешка уже находился в полной боевой готовности. Толчки были такими сильными, что, казалось, он хочет остаться во мне навсегда, навек связав таким образом, наши судьбы.

– Дни, проведенные с тобой, были лучшими в моей жизни, – с нежностью глядя на меня, признался мой друг.

– И для меня тоже, я люблю тебя. А вообще, тебе не было скучно со мной?

– Что ты, родная, с тобой разве соскучишься?

– Но ведь прежде ты говорил, что у меня нет чувства юмора.