Сводные. Расплата за ошибки

Стол ломился от еды и выпивки, компания подобралась довольно весёлой, так что беседы за столом велись довольно непринуждённые, как будто все знают друг друга сто лет.

Боясь показаться глупой или сболтнуть что-то не то, я помалкивала, а вот Захар довольно быстро вписался в компанию и вовсю рассказывал забавные истории из своей студенческой жизни. Мы с ним были ровесниками, но я уже окончила универ, а парень перешёл на последний курс. Я украдкой любовалась им, от души хохоча над его шутками.

Парень взял руководство мангалом на себя, подсказывая парням, что и как лучше жарить, мог с лёгкостью завладеть вниманием людей, и я отметила его лидерские качества.

– Вася, у нас сок закончился, – сообщил кто-то из друзей Захара, имени которого, к своему стыду, я не запомнила.

– Сейчас! – вскочила я со скамейки.

Нужно было сходить домой и принести из холодильника сок, на правах хозяйки, да и другие напитки, которые мы поставили охлаждаться, можно прихватить.

– Я помогу, детка! – с готовностью откликнулся Захар, и мы снова взялись за руки, идя по дорожке к дому.

– Как тебе вечеринка? – не зная, как завязать беседу с парнем, спросила я, краснея от неловкости.

Я догадывалась, зачем Захар за мной увязался. Чтобы побыть со мной наедине, зачем же ещё?

– Здорово! Я очень рад, что ты меня позвала, Василина. Ты очень мне нравишься.

Захар крепче сжал мою руку и у меня мурашки побежали от его признания. Он был абсолютно трезвым, поэтому отдавал себе отчёт в том, что говорит.

Боже, я ему нравлюсь! Да! Внутри меня всё ликовало.

Вытащив из огромного холодильника всё, что нам было нужно, мы составили всё это на стол, соображая, как всю эту кучу бутылок и коробок унести разом.

Вдруг Захар положил руки мне на талию и привлёк меня к себе.

– Весь вечер только об этом и мечтал… – хриплым, низким голосом протянул Захар, наклоняясь к моему лицу.

У меня сердце остановилось и дыханье спёрло от волнения. Сейчас он меня поцелует… Сейчас…

Я тоже ждала этого весь вечер.

Звонок домофона, словно выстрел, разрезал эту тишину, ударил по нервам, которые и так были напряжены до предела, заставив нас обоих вздрогнуть.