Собственность жестокого

Пробовала его пилить, чтобы вывести на эмоции и разговор, но он был как кремень.

Мужлан бесчувственный! Он должен был со мной объясниться, но вместо этого он уходил из дома ни свет ни заря и возвращался за полночь. А я ждала его, словно собачонка, но всё без толку.

Этим утром я проснулась от дикого желания. Грудь была неестественно тяжёлой, между ног настоящий пожар. Что со мной, боже?

Я еще ни разу не приставала к Руслану сама, но желание почувствовать его внутри себя было настолько сильным, что я даже наплевала на то, что он мне изменил.

Придвинувшись к мужу, который спал, по-прежнему отвернувшись от меня, я прижалась к его могучему, горячему телу. Провела ладонью по его широкой спине, потом по груди и животу.

Секс нас помирит. Мы потрахаемся и поговорим. Я надеялась на это, по крайней мере.

Боже, как же вкусно пахнет этот мужик. Сексом, похотью, страстью, моим оргазмом…

Кожа к коже… Так приятно. Так возбуждает.

Скользнув рукой по каменному животу мужа, спустилась к колючему лобку и ниже. А там…

Такой твёрдый. Горячий. Готовый исполнить мои самые низменные желания.

Изгибаюсь всем телом, как змея, обхватывая бархатистый ствол Руслана пальчиками. Грудь уже нестерпимо ноет, так что больно соски, касающиеся мускулистой спины ненасытного самца. Теку так, как никогда не текла. Кажется, я кончу, стоит Руслану войти в меня.

Хочу поласкать его ртом. Откидываю одеяло и тянусь губами к вздыбленному члену.

– Не трогай! Меня! – чеканит Руслан и поднимается на постели. – Просто не трогай!

Смотрит так, будто ненавидит всей душой.

– Почему?

– Думаешь, пососёшь мой хер и всё пройдёт само собой? Не рассосётся, Ульяна! Ты мне топор в спину засадила. Вот такой, блять, топор!

Он показывает размеры воображаемого топора руками и уходит в ванную, а потом вообще уходит.

Мне хочется плакать от обиды, но внутреннее чутьё подсказывает мне, что с Русланом что-то не то.

У него какие-то проблемы? Из-за меня?

Наверное, он просто меня разлюбил? А любил ли вообще?

Меня не устраивало поведение Руслана, но и я начала испытывать какое-то грызущее чувство вины перед ним. Подумать над своим поведением времени было предостаточно. В какой-то момент отчаяния я была готова даже попросить прощения у Руслана за тот треш, что я устроила на аукционе, но в последний момент гордость остановила меня.