Собственность жестокого

Она моя звезда сегодня, пусть позвездит ещё немного. Все, кто не зассал, потанцевали с Ульяной: я, генеральный прокурор и один молоденький, но очень нечестный депутатишка. Наглый, сука, тем и подающий надежды в нашем сообществе негодяев.

К Василию Семёновичу я не ревновал, а вот к депутатишке было немного. Следил неотрывно за тем, как он вёл в танце мою жену, чтобы не дай бог рука его ниже талии ни на миллиметр не опустилась.

Они о чём-то переговаривались, и Ульяна смеялась, сексуально запрокидывая голову. Снова почувствовал себя стариком.

– Слушай, Мирон, – отвлёк меня подошедший Магомед. – У меня одна мыслишка возникла по поводу убийства Лебедева… Если позволишь.

Мы отошли в сторонку пошептаться. Мне было любопытно, что за мысли у чеченца. Хочет сбить меня со следа, чтобы сынишку выгородить? А может, у него самого руки в крови Игоря?

– Слушаю тебя, Магомед.

– Мирон, у тебя самого есть версии, кто мог убрать Лебедева?

Есть, конечно, но я же не мог в лоб чеченцу сказать, кто у нас с Ульяной главный подозреваемый? Вообще мог, но слушать получасовую хуйню о том, как чеченец дорожит дружбой со мной, как он меня любит и ценит, и вообще, он самый честный человек в мире, не шибко-то хотелось.

– Нет, Магомед. Это мог быть кто угодно. Ценность бизнеса Лебедева была сильно преувеличена, многие хотели его заполучить. А ты разве не хотел? Или Умар?

– Не стану кривить душой, друг мой, грешен. Были мысли, искушали. А мой Умар даже попробовал отхватить у Игоря кусок, но отсутствие опыта его подвело.

– А ты что не мог сыну подсказать как надо?

– Умар слишком независим. Пытается по крайней мере, таковым быть. А я что? Я никогда рейдерством не занимался. Что я могу посоветовать сыну?

– Так и чо? Про убийство Лебедева? – вернул разговор в нужное русло.

– Я думаю вот что – жена его заказала.

– Жена? Так она же умерла? Разве нет?

Вот хитрожопый! Теперь я уверен, что Магомед решил мне хуй в ухо вкрутить, чтобы я покойника искал? Гениально, блять!

– Это, знаешь ли, очень интересная история.

– Не кажется. Раз ты ничего не нашёл, значит, искал плохо. Но спасибо за наводку. Мне есть над чем подумать.

И вообще, мне за королевишной моей надо следить. Украдут ведь? Не успел я об этом подумать, как по залу пробежало какое-то тревожное аханье. Музыка стихла, и наступила зловещая гробовая тишина.