Одержимость

Весь ужас от пережитого снова обрушился на меня, и я почувствовала себя жалкой, беззащитной и беспомощной.

В потухшем экране телефона отразилось мое разбитое лицо, и я включила его опять, чтобы не видеть свои опухшие губы и заплывший глаз. Могло быть и хуже. Могло бы быть гораздо хуже.

Охранники покидали клуб всегда последними. Скоро и они выйдут, заведение закроется до вечера. Высиживать холодные ступеньки не было никакого смысла. Надо уходить уже.

Возможно, если я попрошу ребят, они проводят меня до такси? Но впрягутся ли они за меня, если злые, оскорбленные и униженные мужчины все же поджидают снаружи? Девочки, успокаивающие меня в раздевалке, объяснили мне, кто такой Одинцов, и почему Никита Сергеевич пристрелил лысого.

Про нашего хозяина ходили целые легенды. Самолично я видела его раза три, не больше. Всегда собран, сдержан, холоден. Говорят, у него на правой руке не хватает одного пальца, потому что его отрубили топором его враги. Правда ли это, я не знаю, потому что мне было приказано ни в коем случае не смотреть на его руку.

Потерять работу для меня было сродни смерти. Куда я еще устроюсь, не имея на руках никаких документов? Меня и в клуб еле взяли. Сначала я пару месяцев мыла пол, потом посуду, а уже потом администратор разрешил мне выйти вместо официантки, которая заболела и не пришла на смену.

Платили в клубе хорошо и на чай давали частенько. Администратор был строгим, но справедливым. Коллектив тоже вполне сносный, да и публика. Но сегодня…

Опять придется начинать все с начала. Нужно платить за съемную комнату и на что-то питаться и одеваться. Хорошо, что лето на носу, можно особо не париться по поводу теплой одежды и обуви. Как-нибудь справлюсь. Это все же лучше, чем меня депортируют обратно в Кижи (вымышленная страна, граничащая с Россией, на территории которой происходят военные действия)

На родине у меня никого не осталось, кроме брата.

На лестнице послышались шаги и мужские голоса. Я засуетилась, снова включила мобильник, чтобы все же вызвать себе машину. Если это охранники, надо поспешить. Больше надеяться было не на кого.

– Гоша дал ей недельку выходных, в больницу она ехать отказалась, – послышалось сверху, и я поняла, что мужчина говорит обо мне.