Не дерзи!

Мы с Женькой учимся вместе и работаем вместе, поэтому все подробности ее любовной любви с моим братом я узнаю незамедлительно. Я поначалу расстроилась, узнав об их разрыве, но потом стало очевидно, что они просто созданы друг для друга. Женька работает на кассе в нашем автосервие. Я помогла ей туда устроиться. После ссоры с Сашкой она заявление об увольнении ежедневно ему на стол кидает, а он его рвет. Они срутся каждый божий день, а на выходных по телефону, но только чисто по работе. Брат вообще не конфликтный человек, он ругачки стороной обходит.

Обзывает девушку скандальной бабой, но не увольнят. А Женька грозится каждый день уволиться, но вцепилась в свою кассу двумя руками. Из этого я сделала вывод, что все у них еще будет.

Я занималась в сервисе всем помаленьку. От мелкосрочки до покраски автомобилей. Я тут все детство провела, понемногу вникала в работу, так и научилась. Меня трудно назвать хорошим специалистом, это скорее хобби для меня. Сашка говорит, что это занятие не для девочек, и я с ним в чем-то даже согласна, но я жизни своей не представляю на другой работе.

Тут же все уже мое родное, особенно коллектив.

Ходят слухи, что все парни, что работают у нас, влюблены в меня, но разве кто посмеет к единственной сестренке начальника подкатывать шары? Сашка и без того  строгий начальник, зачем его лишний раз нервировать?

Вот дядя Адиль добрейшей души человек. Он мне в отцы годится, вот я и зову его дядей, хоть и на «ты».

Он первый, кто попадается мне утром из наших на СТО.

– Настенька, милая, подкачай колесо на «Тойоте», – просит он меня, показывая в сторону авто, припаркованного у шиномонтажа. – Мальчишек еще нет никого.

– Хорошо, конечно, – улыбаюсь я ему.

Меня веселит кавказский акцент дяди Адиля. Он всю жизнь живет в России, но так смешно разговаривает по-русски, что стоит ему произнести любую фразу, как мои губы расплываются в улыбке. А когда он ругается на армянском со своей женой, так это вообще умора!

Не переодеваясь, я вытаскиваю на улицу длинный кислородный шланг и подкачиваю клиенту проблемное колесо.

Он протягивает мне сотку, и я качаю головой, мол, не нужно ничего. Но клиент очень настойчиво сует мне купюру, говоря, что я его обижаю своим отказом. Мне ничего не остается, как запихать первые заработанные за сегодня деньги в карман.

Обычно я не беру денег за подкачку колес.