Лучше бы я завел собаку!

И уж тем более – раньше, чем кто-то разобьет мое!

Мудрость «не зарекайся!» почему-то тогда не пришла на ум.

– Ну, ну! – Варвара, кажется, мне не поверила. Ну, а ее мать не поверила точно. И в тот же вечер позвонила:

– Решил найти себе молодую, красивую? – спросила Зинаида.

– Ты мне такую и желала, уходя, – напомнил ей.

– Ну конечно! – засмеялась бывшая супруга несколько наигранно, как мне показалось.

Я же продолжил путешествие по ярмарке невест. Оказалось, весьма увлекательное занятие.

«Шел козел по лесу, по лесу, по лесу.

Нашел себе принцессу, принцессу, принцессу.

— Давай, коза, попрыгаем, попрыгаем, попрыгаем!

И ножками подрыгаем, подрыгаем, подрыгаем!» —

В голове крутилась детская, то ли песенка, то ли считалочка.

«Дрыгать» доселе было не с кем. У меня появилось несколько подружек, с которыми занимался ежевечерней болтологией, и только-то. Главная героиня, чувствовал, еще не найдена. А, хотелось бы.

Понимая, что Галю-Биржу в этот вечер из головы не выбросить, я все же вошел в виртуальную реальность.

Нашел несколько новых сообщений в почте, выделил одно из них, увидел новое лицо. И – опля! Понял, что это она! Белокурая красавица смотрела на меня своими голубыми глазами с еле уловимой, то ли улыбкой, то ли усмешкой на губах. Будто знала обо мне что-то такое, чего я сам о себе не знал, как это бывает с героями индийского кино.

Не понимал, что она во мне нашла, написав первой? Возрастных категорий мы с ней были разных, я – постарше. Не красавец.

Конечно, на зеркало пенять особых причин тоже не было. Глаза не косые (разве что, иногда бывало), нос не кривой, усы подстрижены ровно. А все-таки?..

Ее фото, судя по дате в уголке, не было выбрано из двух сотен, накопленных за последние двадцать лет, как самое, по мнению его обладательницы, удачное. Оно было не просто свежим, а сделанным именно в этот день! Дама стояла, прислонившись к столу, рядом с компьютером. Ее фигура была отнюдь не модельной – достаточно упитанной, но весьма пропорциональной, как у героинь того же индийского кино.

Ее сообщение ко мне содержало единственный вопрос. В прямом смысле. Знак вопроса, набранный крупным шрифтом, чтобы я его не пропустил на пустой странице. Конечно, это был плагиат. Я знал о самой короткой в истории переписке – Виктора Гюго со своим издателем по поводу оценки романа «Отверженные». И ответил соответствующе, знаком восклицания, имея в виду собственную оценку внешности своей новой собеседницы.