Роман со змеей

Когда мы забрались в Ромины «Жигули», девушка – на заднее сидение, а я со своим рюкзаком – рядом с Ромой, он догадался представить мне свою знакомую:

– Это вот, Андрей, племянница моя, Татьяна.

Я на законном основании обернулся к ней и произнес:

– Очень приятно, – нисколько не кривя душой. Девушка улыбнулась и скромно кивнула, мол, ей тоже – очень. Я заглянул в ее глаза, увидел два омута, и в каждом из них – черта! Этакого, знаете ли, веселого, с пятачком и рожками. Впрочем, может быть, это было лишь мое собственное отражение.

– Вы не знакомы еще? – уточнил Рома.

– Нет, – сказал я с большим сожалением. Она еще раз улыбнулась мне. Я понял, только что погиб, совсем пропал, один хороший человек. Его зовут Андрей Владимирович Купавин. То есть, я.

– Вот ведь как! – засмеялся Рома. – На одной улице живете, через дом, а не знакомы.

До меня стало доходить. Не так давно, уже при нас, в Кувшин перебралась Ромина сестра с мужем, жившая до этого где-то в Сибири.

– Как же это случилось со Спонсором? – спросил я Рому. Он тронул свою «шестерку» с места, дал газу, стараясь сразу развить как можно больше скорость. – Чего он в лес-то поперся?

– За металлом поехал с Савроськой. Их Никотиныч довез до уса…

Я не помнил ни Савроську, ни Никотиныча, хотя прозвища такие слышал.

– … Они же по усу рельсы откапывают. Спонсор хотел что -то для завода прибрать.

Усом называли заросшую железнодорожную ветку, которая тянулась через лес. Когда-то по ней доставляли напиленные бревна до реки. Как остановился завод, каждый в Кувшине стал промышлять, чем мог.

– Мужик и охнуть не успел, как на него медведь насел! – вспомнил я в очередной раз.

– Ты знаешь, уже, Татьяна? – спросил девушку Рома. – Медведь на человека напал. На Щербакова, Спонсора?

– Он что… растерзал его? Какой ужас!

Я хотел успокоить девушку, что с таким дядей ей решительно нечего бояться, его медведи стороной должны обходить при его послужном списке, но подумал, что, пожалуй, еще одна шутка в отношении Ромы будет перебором с моей стороны.

Беда со Спонсором и присутствие племянницы в Роминой машине так взволновали меня, что впервые я проскочил Плодовиху и поворот на Броды, даже не заметив этого, и не позвонив, вопреки традиции, Александру Михайловичу.