Ибридо. Часть 2

На солнечном свете зрачки превращаются в полосы, разрезающие радужку на две равные части, и становятся похожи на острые лезвия. У волков, насколько ты знаешь, глаза голубые, а зрачки на свету сужаются до еле заметных точек.

– Я знаю. Как раз у тебя сейчас именно такие.

– А у тебя глаза волчьи – голубые, а зрачки – кошачьи! – воскликнул он, бурно жестикулируя. – Кошачьи! О-бал-деть!

– И что тебя так удивляет? – засмеялась я. – Я и перевоплотилась в кошку! Неудивительно, что мне достались ее зрачки.

– Ты не понимаешь, – радостно продолжал Уильям. – Это… Это очень необычно! Первая в истории кошка, шерсть у которой белого цвета, глаза голубые – как у волков, а зрачки как у кошек! То есть цвет шерсти и глаз – наш, а всё остальное – как у кошек! Потрясающе! – он всё не мог прийти в себя. – Я впервые вижу такое, впервые за полтора века!

– Я рада, что тебе нравится! – улыбнулась я, еще раз убедившись в том, что мой сон остался в прошлом, а мой новый образ полностью угодил желаниям моего парня.

Внезапно раздался громкий топот по ступенькам. Хотя нет, не «чьих-то» – это либо медведь, либо слон, либо горилла. По-другому не назвать. Мои перепонки собирались вот-вот лопнуть. Я скривила лицо и засунула указательные пальцы в ушные проходы.

– Мелани? – испуганно произнес Уильям. Затем, поняв в чем дело, накрыл мои ладони своими и подвел к кровати. Я прижалась спиной к деревянному изголовью и натянула на голову подушку, чтобы избавить себя от этого звука.

Дверь в комнату приоткрылась, и на пороге появилась улыбающаяся Амалия, держа в руках тарелку с супом.

– А вот и еда, – добрым голосом произнесла она как малому ребенку, которого обычно с большим трудом уговаривают поесть.

Амалия поставила тарелку на тумбу и пододвинула ее к самой кровати. Уильям взял ложку, зачерпнул суп и медленно понес ее к моему рту. Я не понимала, что происходит внутри меня, но мне вовсе не хотелось супа: учуяв запах индейки, на которой был сварен бульон, я заводила носом по воздуху, не обращая внимания на ложку у рта.

И тут мной двигал уже звериный аппетит: соскочив с кровати, я как дикарка, которая прежде никогда не ела из посуды, запустила руку в тарелку, выловила кусок индейки и закинула его в рот. Жадно поглощая первый кусок, я уже держала в руках второй, и с ним проделала то же самое.