Наследник герцога

Вокруг него царила атмосфера сродни той, когда стоишь под деревом акации, с которой осыпаются дождем цветки с их пьянящим ароматом, дарующим сладкое забвение. Именно так и чувствовала себя девушка.

– Я закончила… – тихо произнесла она спустя несколько минут.

– Рисуем дальше? – улыбнувшись, спросил он, всё так же сидя к ней спиною и обхватив свои колени руками. Его голова была повёрнута к Элоизе, а его взгляд остался таким же – читающим мысли и бродящим по чужой душе.

Когда она закончила второй эскиз, он сел на кровать и сказал, опустив голову и протягивая ей навстречу руку:

– Иди ко мне… Мне так холодно…

Элоиза подошла к нему сзади, накинула на него халат, подняв с пола, и обняла Эдмона за плечи.

Он запрокинул свою голову ей на плечо и снова посмотрел, как тогда.

– Вот думаю, – продолжил он, играя её тоненькими пальчиками, – какую награду мне у вас попросить, юная леди, за свою работу моделью? А? – он улыбнулся и подмигнул ей.

– Поцелуй принцессы вас устроит, сударь? – возвращаясь в своё прежнее настроение, подыграла она.

– А как долго принцесса останется со мною?

– Сколь угодно долго, сударь.

– Тогда… смею предположить, что поцелуй будет долгим… да?

– Да…

* * *

Эдмон проснулся рано. Он открыл глаза и попытался вспомнить всё, что произошло вчера поздним вечером. Элоиза… наброски, а он её модель… Сейчас в комнате было пусто и тихо, только часы мерно тикали на стене у окна да птицы щебетали, сидя на ветке дерева, которое росло почти около клумбы.

Элоизы не было. Лишь незакрытое на щеколду окно свидетельствовало о том, что она незаметно ушла ещё глубокой ночью. А может, её вообще не было? И ему это приснилось? Последним, что он помнил, был долгий поцелуй и тёплые объятия девушки… и всё. Больше онничего не мог вспомнить.

В комнату постучали, перебив его мысли. Он вылез из-под одеяла, накинув на себя халат, и открыл дверь. Прислуга принесла завтрак. Он поблагодарил и вернулся с подносом обратно в комнату. Подойдя к столу, он обнаружил ещё один набросок, вероятно, сделанный цветными мелками тогда, когда он спал, потому что он его не помнил: он вполоборота лежал на постели из красных роз.

Внизу было написано несколько строк: «Ты был так прекрасен, что я не удержалась. Надеюсь, тебе понравится. Я люблю тебя… Элоиза.»

Он улыбнулся – всё-таки это был не сон – и положил рисунок обратно на стол, абсолютно не беспокоясь о том, что его могут увидеть; навряд ли сегодня кто-то зайдёт к нему в комнату.