Бриджит Джонс: на грани безумия

Можно подумать, кто-то обращает на меня внимание, они все только о работе и думают, да и вообще, она не короткая, просто задралась чуть-чуть.

Пачули сказала, что избиратель должен выступать то ли за европейскую, то ли за единую валюту. Она считает, это одно и то же. Черт, черт, черт. Ладно. Ой, телефон. Наверно, пресс-служба Министерства финансов.

12.25. – Привет, доченька!

Р-р-р. Мама.

– У тебя нет такой маечки… знаешь, которая закрывает грудь, но живот и плечи открыты?

– Мам, я же просила тебя не звонить мне на работу, если нет ничего экстренного, – прошипела я.

– Конечно-конечно, просто, видишь ли, нам в субботу выезжать, а в магазинах сейчас ничего летнего не продают.

И тут меня осенило. Объяснить ей, чего я хочу, было не так-то просто.

– Бриджит, – сказала она, когда наконец поняла, о чем я. – Мне вовсе не хочется, чтобы к нам приехали немцы на грузовиках и забрали все золото.

– Мама, но ты же сама говоришь, что от жизни надо брать по максимуму.

Повисло молчание.

– И африканской финансовой системе ты сможешь помочь. – Не уверена, что это утверждение имело под собой какую-то почву; впрочем, не все ли равно.

– Может, оно и так, но у меня нет времени на телевизионные интервью, когда чемоданы собирать надо.

– Слушай, – угрожающе прошептала я. – Тебе маечка нужна или нет?

12.40. Ура! Я нашла не одного и даже не двух, а целых трех среднестатистических избирателей.

– Ну что, работа кипит? – После обеда к Финчу вернулись наглость и потливость. – Трудимся над собственным проектом создания единой валюты?

– Да нет. – Весь мой вид выражал саму скромность и спокойствие. – Но могу вам предоставить среднестатистических избирателей. Даже трех, – небрежно добавила я, просматривая свои «заметки».

– А тебя что, еще не предупредили? – спросил он, злобно ухмыльнувшись. – Этот репортаж мы не делаем. Берем предупреждения о терактах. Можешь найти нам парочку представителей среднего класса, консервативного толка, которые ездят из пригородов на работу в Лондон и сочувствуют ИРА?

20.00. Уф. Три часа провела на продуваемом всеми ветрами вокзале Виктория, пытаясь склонить проходящих мимо пассажиров к поддержке Ирландской республиканской армии.