Эра негодяев

Кулешов Андрей Валентинович, Токарь Евгений Петрович, Кузьмич Николай Семенович, Полежаев Максим Николаевич, Сердюк Вадим Леонидович, Гонт Александр Валерьевич.

Собеседники замолчали; нахрапистый неудачник с явным удовольствием отхлебнул пива, его визави несколько минут шевелил губами – старался запомнить столь неудобные для запоминания имена и фамилии.

– Запомнили? – человек в дешевом костюме решил поторопить своего собеседника.

– М-м-м… Да. Куда положить деньги?

– Сейчас зайдете в мужской туалет, оставите на сиденье.

– Хорошо. Когда встречаемся в следующий раз?

– Давайте тридцатого октября в этом же месте в это же время. Приготовьте десять тысяч – я надеюсь узнать подробности о планах моих коллег по работе в вашем мягком подбрюшье.

– Это… не очень много?

– Это жалкий мизер за то, что я вам расскажу.

– Хорошо, договорились. – Вальяжный встал, и неторопливо, с чувством собственного достоинства, направился в туалет.

Его собеседник приподнялся, чтобы следовать за ним – незамедлительно у его плеча нарисовался официант.

– Уходите? – в голосе работника подноса и полотенца звучала плохо скрытая подозрительность.

– Не дрейфь, халдей. Вон тот гладкий заплатит – как только вернется с очка. Видишь, и плащ его на спинке стула висит. Он нынче распорядитель банкета.

– Извините. – Тут же пошел на попятную официант: – Заказывать еще что-нибудь будете?

– Я ухожу, только отолью на дорожку.

– Венгерская.

– Ну, вот и чудненько. Ее и волоки.

Пока шел этот диалог, вальяжный уже вышел из туалета. Неудачник тут же прекратил разговор с официантом и быстрым шагом отправился туда же, чтобы, оттеснив взявшегося уже было за ручку какого-то молодого человека с африканскими косичками на голове – причем, бросив что-то весьма ядовитое относительно внешности доморощенного рэпера, весьма того задевшего, судя по его реакции – закрыться в месте общественного пользования.

Через три минуты – в это время его вальяжный собеседник удивленно смотрел на официанта, ставящего на стол графинчик с янтарной жидкостью – человек в дешевом костюме покинул гудящее, словно пчелиный рой, заведение, и скрылся в переходе метро.

Его недавний визави внимательно посмотрел в спину неудачнику, уходящему в вечерний сумрак.