Герцог де Гарнье

Он стоял… и плакал, вглядываясь туда, где давно за горизонтом скрылся берег Франции.

– Что с ним? – задавали пассажиры один другому вопрос. А если кто из них отваживался спросить это у молодого человека, то тот ничего не отвечал, а только шевелил губами, словно шептал чьё-то имя…

ЧАСТЬ 2

Глава 1

Пять лет спустя. Париж

…Шёлковое сердце никогда не будет любить…

Был один из многих летних вечеров. Солнце ещё не зашло за горизонт, а июльская жара нехотя покидала улицы Парижа. Но даже сейчас было гораздо прохладнее, чем днём, и те, у кого были балконы, наслаждались медленно вступавшей в свои владения прохладой.

Улицы почти пустовали. Уставшие за день лавочники сидели в полудрёме около своего товара, и, казалось, им уже было всё равно, купят ли у них что-то или нет.

Иногда слышалось, как стучат закрывавшиеся на ночь ставни или цокот копыт по мостовой, когда проезжала двуколка или экипаж.

В это время по авеню Селвез торопливо шла красивая девушка лет двадцати; даже невзрачная одежда, которую многие бы назвали «немодной», не портила её красоты.

В руках она несла тубус и коробку с принадлежностями для рисования. Она шла, ни на кого не обращая внимания, и остановилась на пару секунд лишь затем, чтобы купить свежий номер газеты у пробегавшего мимо мальчишки.

На ходу просматривая новый выпуск, она остановилась взглядом на одной из статей, красовавшейся на первой странице, и гласившей: «Парижский дон Жуан устраивает бал».

– Снова этот человек! В каждой газете о нём пишут две недели, да ещё и на первой странице.

Сколько чести персоне, которая только и делает, что встревает в неприятности и не отличается благонравным поведением, – проговорила девушка и, свернув газету в трубочку, продолжила свой путь, пока не дошла до дома номер девять, около которого остановилась.

Когда-то этот небольшой домик принадлежал её покойной бабушке. Три года назад бабушка Мари умерла, и дом перешёл к отцу, а теперь он принадлежал ей по праву наследства.

Вставив ключ в замочную скважину, она хотела открыть дверь, но та оказалась незапертой.

«Наверное, Лили уже вернулась из Нанта», – подумала она, войдя в небольшую плохо освещённую прихожую. Она положила свои вещи на стул и стала переобуваться.

– Лили, это ты? – позвала она, надевая домашние туфли. – Когда ты вернулась?

На лестнице показалась невысокая пышная женская фигура.

– Элен, как я рада тебя видеть! Я вчера приехала! – защебетала подруга, быстро спускаясь вниз.