Герцог де Гарнье

Отец и дочь переглянулись, и Мелен сказала:

– Хорошо, молодой человек, я продам его вам, но вы точно уверены, что это платье подойдёт той, для кого вы его хотите приобрести?

– Да… – ответил юноша. – Вы однажды видели эту девушку, помните, две недели назад я приходил вместе с нею, и она покупала у вас ленты и ещё она сделала комплимент вашей работе.

– Ах! Так это то милое дитя! Помню, помню… Да, думаю, платье будет как раз ей впору. И раз так обстоят дела, и вы так просите, я согласна выполнить вашу просьбу.

– Спасибо!

Мариэль благодарно посмотрел на модистку и поклонился в знак почтения. Заплатив нужную сумму, он снова оседлал свою лошадь и вернулся домой.

В этот день он не знал, какую роль в его судьбе сыграет это великолепное платье бирюзового цвета…

Завтра он увидит Элен снова. Они договорились о поездке на берег моря. Так как добираться нужно было больше часа, то такие поездки случались редко. А в этот раз так получилось, что отец уехал по делам, а мама осталась с сестрою дома.

Рано утром Мариэль ждал девушку у ворот; когда она вышла, он протянул ей картонку, перевязанную алой лентой, и сказал:

– Элен, я хочу подарить это вам…

– Что это? – с улыбкою спросила девушка.

– Прежде чем вы взглянете на подарок, я бы хотел вас попросить выполнить одну мою просьбу.

– Я вас внимательно слушаю.

– Оденьте это… Я вас подожду.

Элен развязала ленту и открыла картонку. Там оказалось великолепное дорогое платье. Когда она поближе к нему присмотрелась, то вспомнила, где она его видела.

– Спасибо… я даже не знаю, как вас отблагодарить. Оно просто замечательное! Но как… как вам удалось его купить? – удивилась она. – Госпожа Мелен его никому бы не продала.

– Я просто сказал, что оно для вас – и она не стала возражать.

Девушка вернулась в свою комнату и вышла оттуда через несколько минут. Элен была прекрасна в новом платье. Она шла по дорожке, а нежный атлас переливался на солнце, лишь только она делала лёгкое движение. Очарованный, Мариэль даже не смог ничего сказать.

Всю дорогу юноша почти молчал. Он слушал её; слушал её голос; как она с восхищением о чём-то говорила. Ему не хотелось её перебивать – пусть говорит, пусть её голос будет той вечной благодатью, тем вечным спокойствием, которое не покинет его душу.

На берегу моря они тоже говорили мало. Элен с восхищением смотрела на гладь воды и слушала чаек, пролетавших вдалеке. А он всё это время смотрел лишь на неё.