Писатели

Блондинка демонстративно откинула волосы назад, открывая незаклеенный конверт, и вынула оттуда маленькую квадратную записку:

– Ого, даже пахнет вкусно, – колечко в носу девушки коснулось бумаги, когда та наслаждалась ароматом апельсинов вперемешку с лавандой. Хлоя перевернула записку, там, красивым ровным подчерком с аккуратными закорючками на буквах «д» и «р» было написано: «Сегодня в бальном зале состоится праздневство в честь писателей. Начало в 20:00».

– Дискотека? – подпрыгнула от радости Хлоя, обернувшись на Лесли.

Женщина бесшумно покуривала тонкую дамскую сигаретку.

– Вроде того, – протянула Рейчел и, сунув сестре в руки конверт, закрылась в своей комнате.

Глава 4

Хлоя Копер

Древесный Волк.

Когда я была совсем маленькой, папа часто рассказывал мне про древесных волков. Это хищники, внешне похожие на обычных лесных волков, однако различие их было в том, что тела древесных состоят из веток, листьев и бревен. Папа говорил, что древесные волки, на самом деле, вовсе не сказка.

Он видел их в Талранском лесу, когда охотился на лис. И я этому искренне верила.

Когда мне исполнилось двенадцать, и папа перестал рассказывать сказки из-за того, что часто болел, я на время забыла о древесных волках. А если и вспоминала, то начинала сомневаться в их существовании.

Талранский лес находился недалеко от нашего дома, буквально в пару часах ходьбы, а если ехать на машине, то можно оказаться там втечение получаса. Это был самый обыкновенный лес, в котором было легко заблудиться, а потому родители не разрешали мне и близко подходить к нему.

Папа подарил мне на шестнадцатилетие самодельную фигурку из сухих веток – волка. Он тогда улыбнулся, не сказав ни слова. Мама была против этих сказок, объясняя это тем, что у меня еще формируется психика, и нечего забивать мой мозг всякими глупостями. Потому папа мне подарил волка втайне от мамы, пока та ходила в магазин за продуктами.

– С днем рождения, родная, – мама пришла совсем быстро.

Я только успела положить папин подарок в ящик стола, и тут же выбежала из комнаты, – держи, это от нас с папой, – сказала мама, сунув в руки упакованный в ярко-зеленую обертку подарок с красным большим бантом наверху.

Она поцеловала меня, крепко прижав к себе, а когда я в торопях разорвала обертку, кусочки которой разлетелись по полу, мама добавила: носи с удовольствием.

Папа подъехал сзади, с трудом крутя колеса инвалидной коляски.