Повстанец

Наклонился над женщиной и, набрав код на наручниках, снял их.

– Теперь, лекарь, потащишь её на себе, – сказал он доктору. – До самой расстрельной ямы можешь ей помощь оказывать.

И улыбнулся, довольный собственной шуткой.

«А ты задница, Эшбер» произнёс в спину охраннику сержант и фонариком посветил на упавшую. «Если ты её убил – я тебе лично нашивки посрываю!»

Охранник обернулся и приложил палец к губам. Потом показал на дверь.

Сержант прислушался.

Точно, дождались. Вертолёт!

– Внимание! – сказал сержант.

Аден услышал нарастающий частый стрёкот, постепенно переходящий в треск, и, наконец, в тяжёлый, оглушающий грохот и рёв.

Охранник толкнул дверь, нараспашку открывая её – и зажмурился от летевшей в глаза водяной пыли, поднятой в воздух винтами.

Будто смерч закружил по площадке, мощными воздушными потоками сбивая с ног.

Пузатый транспортный вертолёт завис над бункером, бортовыми огнями высвечивая себе место для посадки. Из брюха медленно, словно с опаской щупая воздух, выползли шасси.

Вертолёт качнулся и медленно пошёл вниз.

Коснулся колёсами площадки и грузно опустился, тяжестью вдавив заскрипевшие чёрные покрышки шасси в бетон.

– Ничего себе! – в восторге воскликнул охранник.

И, развернувшись к сержанту, закричал:

– Видал, какую дуру огромную за ними прислали? А их тут всего-то десяток, не считая нас.

– Чему радуешься, дурак? – сердито ответил сержант. – Это же транспортный вертолёт.

– Зато лететь будем с комфортом! – не сдавался охранник. – Ничего ты не понимаешь в комфортных полётах.

– Так, – обратился он к арестантам. – По одному, за мной. Не отставать и не дёргаться! А то точно пристрелю! Заходим в вертолёт, по команде – рассаживаемся. И сидим тихо, без шума – до конца полёта. Лекарь несёт бабу и очень старается не отстать. А то я лично сделаю ему больно! Пошли, твари!

И ударил прикладом по плечу арестанта, стоявшего ближе к выходу.

Автоматчики бежали, выстраиваясь у борта вертолёта в живой коридор.

Аден увидел, как коснулся бетона откидывающийся трап.

И, в проёме, внутри этой несущей их к смерти машины – залитые красным светом бортовых ламп ряды сидений, а над ними – свисающие с потолка цепи.

«Ну вот, пожалуй, и всё» подумал Аден, подхватывая на руки женщину. «Кажется, последний полёт… Как же быстро всё заканчивается.