Повстанец

Только об об одном хочу тебя спросить: как ты себя чувствуешь? Я знаю, пилоты всегда в хорошей форме…

Она улыбнулась.

– …Ну, по крайней мере, они всегда храбрятся и скрывают свои болезни. Уж такой вы неисправимый народ!

– Замечательно, – ответил Каэ.

Нет, он ничего не скрывал. И в самом деле, тренированное тело с тугими, изрядно накачанными в тренажёрных залах и тренировочных комплексах, мышцами никогда его не подводило. А эти… видения…

Да неужели, в конце концов, они кому-то интересны? Если бы он мом деле сходил с ума, или хотя бы на мгновение утратил контроль над своим сознанием, то анализатор ментальной активности в первом же полёте разоблачил бы его, подняв тревогу и высветив тревожную красную надпись на контрольном экране.

Он в норме. Абсолютно.

– Просто замечательно, – подтвердил Каэ. – Устал вот только от безделья. В последнее время было мало полётов…

– Хочешь сказать, я тебе удружила? – с мягким укором, словно уловив некоторую, тщательно, даже от самого себя скрываемую, неискренность в словах Каэ, произнесла Эвия.

Она протянула руку, словно показывая грядущий и невидимый пока путь в скопление мерцающих звёзд.

– Нет, не такую услугу хотела бы я тебе оказать. Ты ведь один из лучших. И давно, очень давно с нами. Мы живём в космосе, но это не дом, Каэ.

– Но мы и не хотим строить здесь дом, – напомнил Каэ. – Мы не нарушаем Гармонию, не вторгаемся в иные миры, не навязываем себя Миру.

– Не убиваем, – продолжила в тон ему Эвия.

«Творец мой!» мысленно воскликнул Каэ.

И заметил, что при этих словах Эвия перестала улыбаться и глаза её стали грустными.

– Не убиваем? – переспросил Каэ.

– Мы не убиваем, – поторила она.

И нажала кнопку на зажатой в ладони коробочке.

Один из сегментов на куполе зала (тот, что был прямо над их головами) засветился мягким голубоватым светом и белые линии проплыли по появившемуся полупрозрачному экрану, выстраваясь в какую-то схему.

Линии, точки и перекресться схемы закрывали один из районов соседней галактики, хорошо видимый и сквозь экран, и сквозь поверхность купола. Линии схемы совмещались с созвездьями этой галактики и реальные, хотя и очень далёкие миры, оказывались очерченными границами выведенного на экран чертежа.

– Галактика Кробол, – пояснила Эвия. – Созвездие Морского Змея, внешний пояс звёздной системы «Креос-32». Видишь, Каэ?

Он кивнул в ответ.