Дневники твоей лжи

Мы с дочерью хозяина вступили в сговор: когда Нины Сергеевны нет поблизости, я позволяла Рите лакомиться вкусняшками. Конечно, тоже довольно полезными.

– Почему мне нельзя есть «Даниссимо» каждый день? Я люблю только с фруктовыми шариками, а они полезны для животика.

– Потому что «в покупных йогуртах одна химия», – передразнила я Нину Сергеевну, подделав её интонацию так точно, что Рита захохотала и столкнула недоеденную баночку с йогуртом на пол.

К радости кошки Викуськи, которая тут же бросилась подлизывать завалившийся набок стаканчик.

Лайла была заперта в ванной, поэтому конкуренции Викуське составить не могла.

– Как это вы умудряетесь держать собаку взаперти, а она не тявкает?

– Папа говорит, что она меня боится больше, чем одиночества, – ответила Рита с таким серьёзным видом, что я прыснула. – Я её мучаю, хотя и называю это игрой.

Я любила проводить время с дочуркой Немова, а вот с ним самим выходило гораздо сложнее. Наши встречи были не чаще раза в неделю.

Мы занимались сексом, а потом он подвозил меня к метро. Я упрямо не говорила, где живу, хотя, кажется, ему это было без разницы.

О делах мы разговоров не вели. Немов делал вид, что его не волнуют мои поиски кода от сейфа, заметил однажды с усмешкой, что код я могу отыскать, если буду чаще бывать в его кабинете и внимательно смотреть по сторонам. Я понимала, что это значит: хозяин всё понимает и наслаждается моей мнимой растерянностью.

А мне оставалось по-прежнему играть роль провинциальной племянницы мужа его сестры.

Ложь нередко полезна и многим упрощает жизнь.

– Я знаю, что она наняла тебя, – сказал он, когда мы остались наедине.

Я сидела в кресле, а он за столом кабинета. Подошёл близко, встал за спиной и провёл большим пальцем по шее.

– Я вам всё рассказала. Честно.

– Не всё, Лариса. Далеко не всё. Но это не беда, так даже интереснее. Мне нравится, что вы лжёте.

И вот сейчас он стоял и смотрел на меня пристальным холодным взглядом, как в первый нашу встречу.

– Вы мне нужны. Сегодня вечером.

Я подняла бровь и смолчала. Всё-таки отцом он был щепетильным, а тут прямо при дочери говорит о свидании.

– Поможете мне купить цветы и ювелирку в подарок даме.

– Конечно, Филипп Аркадьевич. У меня ведь нет выбора?

– Можете уйти отсюда на все четыре стороны. Насовсем.

Блин, нет, не могу!

Почему-то меня это разозлило.