Дневники твоей лжи

Работу я выбрала себе по душе, – ответила я, втайне радуясь, что нисколько не солгала, и что Немов даже не представляет, в чём именно она состоит. – А деньги мне можно забрать? Хотя бы часть? Я отработаю.

Я задала вопрос неспроста. Пусть Немов видит, что я охоча до денег, таких легче контролировать, кинь им кость, они и будут преданны. Плюс, у меня будут гарантии, что хозяин не расстанется со мной завтра, передумав идти на сделку. Деньги-то уплачены!

– Куда денешься. Конечно, отработаешь. Значит, так, – он соединил кончики пальцев и крутанулся в кресле так, чтобы видеть моё лицо.

– Ясно, – кивнула я и встала, пригладив волосы, выбившиеся из хвоста, пока я нервничала. Есть такая привычка – трогать волосы, невроз, не иначе.

– Иди работать.

Я повернулась на маленьких каблучках и почти бегом кинулась к двери.

Перевела дух, только оказавшись с другой стороны.

– Что, Лариса, перетрудились? – Нина Сергеевна появилась в конце коридора так быстро, будто только и выжидала момент, когда я выйду. Караулила, наверное, чтобы доложить Васелине, бывшей Немова, о том, как он развлекается в то время, как его дочь сидит на кухне.

Вот и губы снова сложились в прямую линию. Осуждает, стало быть.

– Не беспокойтесь, Нина Сергеевна. Испытательный срок я прошла, теперь можете быть спокойной, а мне позвольте вернуться к своим непосредственным обязанностям, – спокойно ответила я и прошла мимо грымзы, не обращая внимания на её хмыканья.

По моему плану.

Дневник пятый

1

– Он ничего не подозревает? – Лилия Аркадьевна снова заказала грейпфрутовый сок. А также, после минутного колебания,  греческий салат.

Я взяла только кофе без сахара и зачем-то всё время помешивала напиток в чашке.

– Нет. Код от сейфа я узнать не могу, Нина Сергеевна всё время крутится рядом и следит за мной.

– Так отвлеки её, – Лилия удивлённо, будто это было само собой разумеющимся, приподняла брови. – Мне говорили, что вы в силах решить любую проблему подобного рода.

Её ярко-алые губы, аккуратно подведённые карандашом, презрительно изогнулись. «Соврали, сволочи, но я так о тебе и думала», – вот что означала эта гримаса.