Приключения Сани и Серёги

Видимо, оценив их крепкость, продолжил, – с девкой-то я был.

На нас тут же мгновенно забили, ведь намечалось развлечение намного интереснее. Все забегали, предвкушая раздачу подарков – «распечатывание звездюлей»

Серёга кое-как встал, держась за жопу двумя руками. К нам подскочил тот первый «колхозник»

– Парни, вы нам поможете и я забуду про ваши шуточки. Хорошо?

Я раскрыл рот сказать «нет». Серёга раскрыл рот, сказав «да»

– Весело да, Сань? Вот это я понимаю отдых!

Глядя на его весёлую беззаботную рожу, неудержимо захотелось раскрасить ему как минимум один глаз в синие оттенки.

После мы все выпили на дорожку настолько злобного сэма, что меня дико повело в сторону. Самогон притащил щербатый.

– Вы на чём его настаиваете? – скривившись, спросил я здоровяка. – Это же дичайшее пойло.

– Хрен знает, я его с другого села спиздил, – открыто сказал тот, опять включая музыку.

Потом мы выпили за знакомство. За дружбу с городскими. За баб. Потом раздались дикие вопли «ёбана в рот» снаружи.

Мы, заинтересованно, качаясь и натыкаясь друг на друга, вывалились из клуба.

Оказалось Гриша, про которого все забыли на этом празднике жизни, не дождался нашей доблестной бригады и, не желая быть отмудоханным, притащил на хвосте своих врагов сам.

Дальнейший махач помнился плохо. Я мнил себя великим стратегом, типа Цезаря или Македонского, оставаясь в тылу и раздавая приказы направо и налево, хотя думаю просто нечленораздельно мычал всем в рожи, пока не получил по уху от самого Серёги, который в пылу драки и принятого алкоголя вообще выпал из нашей реальности и сражался с невидимками, махая руками, в стиле «полёт под грибами»

Последнее, что я запомнил, был вид целующихся взасос Серёги и его девахи.

Помня слова парня, я хотел крикнуть другу переиначенную фразу из «Не грози южному централу», типа поздравляю, Серый, ты только что отсосал у всех ребят с деревни, но сил уже не было, поэтому я, улыбаясь, как последний даун, рухнул на землю, раскинув руки и пытаясь обнять всю вселенную.

Наутро, помятые и воняющие, как стадо свиней, мы проснулись в чужом доме. Разбудившая нас Серёгина «любовь» позвала поесть вареников. Друг с радостью согласился, а я провалялся в блаженстве ещё минут пятнадцать.

Серый хотел остаться ещё на один день, но я был непреклонен. Убиваться самогоном до потери сознания мне больше не хотелось, я рассчитывал всё-таки на более комфортный отдых.