Руатарон. Тайный круг

Владыка леса вызывал в глазах Лис страх с первой минуты, и это приводило его в ярость. Как можно посылать на борьбу с сильным и опасным врагом таких бесхребетных жалких людей? Однако он больше не видел в её глазах и намёка на испуг. Что-то изменилось в ней в эту самую секунду, когда он спросил её.

– А у кого хватит? – уверенно произнесла девушка, глядя ему в глаза с вызовом.

Керлей улыбнулся и немного отошёл от Лис, теперь его взгляд зацепился за Тома. Всё это время парень молчал, но отчаянно быстро думал. И Керлей, обладающий даром телепатии, внимательно слушал.

Хоть парень и не смог ничего сказать в свою защиту, в нём чувствовалась сила Меираи. А после дерзкого выпада Лис, Том тоже изменился, словно вся необузданная энергия и смелость, переполнявшая её, передалась и ему.

Выдержав короткую паузу, Владыка, наконец, сказал:

– Возможно, у вас и хватит. Идите за мной, я окажу вам царский приём, – неуклюже повернувшись, он пошел сквозь кусты в самую чащу леса.

– Идём за ним, – послышался мягкий голос Миро и все трое ринулись сквозь туннель заросших кустарников и трав вслед за их царём.

Небо сгущалось и поднималось всё выше. Они усердно прибавляли шаг, следуя за высокой фигурой Керлея, которая, то исчезала, то снова появлялась в полумраке. Чем дальше они заходили в лес, тем меньше лучей солнца освещало им путь. Узкая и заросшая тропа извивалась, как ей вздумается. Она была подобна буйной реке, что просачивается сквозь горы. Путники с трудом избегали колючих объятий старых деревьев.

Даже Миро пришлось сбавить ход. Длинные и корявые ветви часто хватали его за хвост.

Лес был спокоен. Все звери напряжённо наблюдали за ними из своих укромных мест. И никто не нарушал эту могильную тишину, словно все обитатели леса потеряли свои голоса и прятались в полумраке.

Они и не заметили, как цветущие луга сменились на почерневшую и жухлую траву. Как жизнерадостные деревья постепенно теряли свою листву и силу. Как они шаг за шагом уходили в бескрайние проклятые места. Деревья больше не излучали незримую энергию и свет.

Густой туман окутывал их выползающие из-под земли корни. Возможно, они собирались уйти, но потеряв окончательно все жизненные силы, осели здесь, заживо погребённые в пепельной дымке.

Мрачная картина предстала перед ними. Искорёженные деревья глядели на них со всех сторон. А застойная тишина лишь добавляла отчаяния в эту ненавистную картину. Боль, увековеченная временем, застыла на лицах деревьев, и только тень осталась у них.