Грузинский роман

Под музыку Верки Сердючки полуголые девицы танцевали нечто, напомнившее нам почему-то «Танец с саблями». Отвлекались, как могли, заспорили даже, кто все-таки написал тот рассказ о том, как Хачатурян был приглашен в гости к Сальвадору Дали. Друг был уверен, что Веллер, я думала – Довлатов. При каждом появлении девиц мы вздрагивали и держались за руки под столом. Другие люди аплодировали как ни в чем не бывало.

На следующий день по программе была запланирована экскурсия на горнолыжный курорт Гудаури.

Но мы с другом решили не ехать в горы. Задумали провести день, гуляя по Тбилиси. Кроме того, он ждал звонка от коллеги, собирался взять интервью у грузинской политической дамы. Он был журналистом и отправился в эту поездку с заданием от своего журнала. Вечером, так и не дождавшись звонка, немного почитали и улеглись спать, разделенные двумя тумбочками между кроватями. Ночью я спала плохо. Мне было жарко, и я не могла уснуть на простынях с рельефными полосками. После нескольких часов стало казаться, будто лежишь на наждачной бумаге. И снились разные ужасы из-за дневного напряжения душевных сил. Я проснулась, между тем, бодрой, несмотря на неудобную постель и внезапно нагрянувшие большой кровью критические дни. Друг проснулся еще раньше, умылся, оделся и сбегал уже несколько раз в холл, пытаясь решить свои вопросы с интервью по телефону. Он снова казался мне прекрасным. Собранный, аккуратный, улыбчивый, спокойный человек. Быть рядом с таким – большего счастья нет. Все возвращалось на круги своя. Как радостно было видеть его чудесное лицо! От себя-то это никак не скрыть, от него – можно попробовать. На завтрак идти было еще рано, да и следовало до определенного времени подождать звонка. Друг лежал на заправленной уже кровати и читал книгу. Я наконец поднялась, лениво выбралась из кровати. Направилась было в ванную принять душ, но тут он неожиданно сильно взял меня за кисть и привлек к себе, отодвигая книгу. Он не мог знать про мои дни, они только начались, но нам не пришлось даже говорить об этом. И прежде часто бывало так между нами, что обходились без слов. Он всегда угадывал, чего именно мне хотелось, какого сексуального действа. Я оставила сомнения, расстегнула ремень, молнию на его брюках, погладила твердую плоть через одежду и выпустила член на свободу. Я слишком ясно понимала, чего он хочет от меня, и не могла удержаться от удовольствия сделать это. Обошлись без поцелуев в губы.