Замри для меня

Стало легче дышать при мысли о Картере. Они быстро сработались. Лилиан проработала в бюро два месяца прежде чем забеременела. На тот момент её напарником был Стивен Бёрг, но пока Лили сидела в декрете, старик вышел на пенсию. Тогда-то и взяли Картера. Первый месяц совместной работы выдался неловким и осторожным. Картер отчаянно пытался сработаться с Лили; она, в свою очередь, пыталась стать ему хорошим другом. Норе только исполнилось три годика, когда спустя всего полгода после выхода на работу, Лилиан потеряла Дэниеля.

Картер во многом ей помог. Он и её лучший друг Филипп. Она плохо помнила те дни. Словно в тумане, воспоминания были скрыты под дымкой слез и горечи, сквозь которую уже было не пробраться.

Подъехав к бюро, Лили улыбнулась, завидев машину Картера – старенький синий «Мустанг» криво вписался между двумя внедорожниками. Парковка никогда не была сильной стороной Картера. В кабинете её встретил аромат свежей выпечки и мокко.

– Что-то я не заметил сегодня солнца, – Картер кивнул на очки Лили.

– Зато я заметила чертовых репортеров. Жду, не дождусь, когда позвонит Дэвис и отделает нам мозги. Пожалуйста, скажи, что ты что-нибудь выяснил в художественной школе. – Лили упала в кресло и медленно закрутилась вокруг своей оси.

– Возьми пончик, здесь твой любимый, карамельный. И мокко.

– О, Картер! Я и забыла, что ещё не завтракала.

– Прекрасно. Время шесть вечера.

Смачно откусив пончик, Лили сощурилась.

– Я жду.

– Есть кое-что интересное. «Дневники Пикассо» проводили конкурс – лучшая серия сезонных пейзажей выиграла бы возможность поучаствовать в крупнейшей выставке, то ли в Париже, то ли в Санкт-Петербурге, я так и не запомнил, но суть в том, что наша девочка в нем участвовала.

Помимо прочего, победителю достался бы гранд – его бы хватило на первое время жизни в Новом Орлеане: снять квартиру, найти подработку.

– Ты думаешь, кто-то убил Селесту, чтобы занять её место? Мотив слабоват. И зачем убийце так изгаляться?

– Лили, разве ты не художница? Разве тебе не хочется вносить щепотку творчества в каждое действие?

– Если дело касается работы – нет.

 – Лили смутилась. – По-твоему, убийца может быть художником? Не знаю, в таком случае, мы бы нашли хоть какой-то намек на искусство. У нас ни одного волокна, кроме тряпочки, которой стерли кровь, ни одного отпечатка. Ни одного подозреваемого!

– Я на всякий случай проверю алиби всех участников конкурса.

– Хорошо. А я думаю… мне кажется, стоит получше изучить саму Селесту.