Кондитерская дочери попаданки

И словно в тумане потянувшись рукой вперед…

Коснулся ладонью вздрогнувшей девичьей щеки.

А девушка не стала от него отстраняться.

– Отстань от меня! – выпалила она, резко отвернувшись от высокого, крепкого мужчины с короткими, растрепанными черными волосами, в которых виднелась одна седая прядь.

Вот только тот, вопреки ее словам, с силой схватил тонкое девичье запястье и заставил посмотреть себе в глаза.

– Даже не надейся на это, – прорычал он, прожигая ее взглядом своих темно-оранжевых глаз.

 – Я не тот мужчина, который примет отказ. Или ты еще этого не поняла?

– А мне плевать! – крикнула девушка и попыталась вырваться. Вот только он лишь сильнее сжал пальцы на ее руке. – Оставь меня в покое! Я никогда, слышишь? НИКОГДА не буду с тобой!

– Ошибаешься, Элла, – остервенело проговорил мужчина, притянув ее к себе, и приблизил свое лицо так, что она чувствовала его горячее дыхание на своей коже. – Я – Ральф Рейгер, альфа Полуночной стаи. И ты будешь принадлежать мне… либо не будешь принадлежать никому!

Я не сразу осознала, что проснулась.

Что сижу в постели, а мое сердце колотится. И лишь когда ощущение реальности немного вернулось – потянулась рукой к включателю магической лампы, которая мягко осветила комнату.

Такую же, какой она была в тот момент, когда я засыпала.

Прислушалась – в доме никаких посторонних звуков. На часах – полшестого утра.

Ну что ж, я и так собиралась сегодня встать пораньше, так что чем не повод прямо сейчас приступить к сборам на рынок?

Мысли в голове путались и перебегали с места на место, словно тараканы.

И чем больше я пыталась осмыслить, переварить увиденное, тем сильнее меня трясло.

Первый сон… там, рядом с мамой, однозначно лежал отец. Вот только за все годы, живя в его замке, я ни разу не видела на его лице такого теплого, счастливого выражения, как в тот момент, когда он, очнувшись, смотрел в моем сне на маму. При этом поймала себя на мысли, что не могу вспомнить, каким же он был до того, как ее не стало.

Как будто все, связанное с ним, покрыто легким туманом.

Что же касается второго сна, то я попросту боялась вспоминать его, прокручивать в памяти и возвращаться к нему даже краем мысли.

Потому что если все это – не плод моего воображения, если я в самом деле каким-то непонятным образом начала видеть сны про реальное прошлое мамы…

То скорее всего, в том сне видела именно его: того оборотня, который вполне мог быть ее убийцей.