Исход – заговор ушедших. 2 часть

А, чтобы быстро совершить свое дело – судя по тому, что убитый не успел среагировать и остался в том положении, в котором расположился в кабинке – он, вероятнее всего, следил за своей жертвой и сумел быстро и – пока что! – незаметно пройти следом…

Именно что незаметно, поскольку после тридцати четырех проверенных аппаратов не прибавилось ни одной зацепки.. Йеннингер был убежден, что мывший лицо человек, которого пришлось обойти этим гомикам, был убийцей, и напряженно рассматривал каждую фигуру на изображениях, одетую в неброскую темно-серую одежду.

С особой тщательностью он вглядывался в сумку или рюкзак, мелькавшие на дисплее. Но тщетно..

…В углу изображения, снятого на мобильник не самой последней модели, открывалась белая дверь туалета. Само изображение сделали издалека, почти от окна, метров за шесть до двери туалета. Йеннингер попросил показать по возможности точно, где стоял снимавший. Он не колеблясь молча встал у крайнего возле окна стола.

– «Вы там сидели или просто отошли?»

– «Нет, мы сидели в середине» ,

– молодой человек («Тоже русский.

.») показал на стол, стоявший у стены помещения, как бы на подиуме. Столы в центре располагались на полметра ниже, в углублении.

Йеннингер посмотрел на временную метку в правом нижнем углу – двадцать один тридцать восемь -, а затем на фигуры на снимке. Среди фигур в самом центре зала, между двумя столами, пригнулся мужчина, по-видимому, завязывавший шнурки. Точнее, съемка захватила только верхнюю половину скорчившейся фигуры.

Как ни старались полицейские, но, за исключением темно-серой спины разглядеть практически не удалось ничего, кроме, лямки вокруг левой руки.

Эксперт, по просьбе Йеннингера, приблизил изображение, моментально ставшее совсем нечетким. Комиссар до боли в глазах всмотрелся в контур, закрытый рукой и разглядел смутный силуэт предмета, похожего на рюкзак. При очередном увеличении все расплылось окончательно, но Йеннингер мог бы поклясться, что распознал светлые расплывчатые буквы – три или четыре.

– «Попробуйте прочитать»,

– он попросил экспертов. Те какое-то время щелкали быстро пальцами по клавиатуре. Изображение растворялось до исчезновения по мере прилижения, и вдруг, словно из облака обозначились мутно буквы N I …

…К сожалению, кроме двух букв ничего нельзя было разглядеть. «На экспертизу!», – распорядился Йеннингер, уже не рассчитывая получить что-то путное.

Но его ждал очередной сюрприз.