Беременна по принуждению

Мы приехали в тихий переулок Остроженки и поднялись на пятый этаж новостройки.

Перед тем как позвонить, Максим взял меня за руку:

– Снежка, только ничему не удивляйся. Мой отец – человек довольно жёсткий, но справедливый. Никто тебя не обидит.

Он упорно отказывался называть меня по имени, но я не возражала и здесь. Это странное прозвище «Белоснежка» прилипло ко мне с его подачи, я находила в этом даже особую прелесть, тайный код, доступный только нам.

И всё же, когда Максим предупредил об отце, я оробела ещё больше.

– Проходите, – сказала домработница, открывшая дверь. – Сергей Викторович и Анна Ярославовна уже ожидают в гостиной.

Максим шёл первым, мне пришлось поторопиться, чтобы не отстать. Сердце колотилось как бешеное, но я старалась выглядеть скромно и приветливо. А главное, сохранить спокойствие.

Родители Максима оказались обычными людьми. Папа улыбался и сыпал шутками, говорил мне ненавязчивые комплименты и хвалил выбор сына. Он совсем не был так страшен, как я себе напридумывала.

А его мама казалась женщиной тихой, молчаливой и неулыбчивой, хотя и сохранила следы былой красоты.

Максим предупредил, что она не любит посторонних. «У мамы вечная меланхолия», – с видимым сожалением говорил Максим. Я подозревала, что это из-за развода между его родителями, о котором упомянул мой любимый.

После обеда из трёх блюд отец с Максимом удалились в кабинет, а мы с Анной Ярославовной остались пить чай. Сергей Викторович посмотрел на жену только один раз, перед тем, как уйти с сыном, но женщина чуть заметно вздрогнула.

Она стала показывать мне фотографии Максима и его младшего брата, учащегося за границей. Я продолжала улыбаться, подмечая, что у Максима после двадцати лет взгляд сделался жёстким и холодным.

Внезапно Анна Ярославовна, оглядываясь по сторонам, схватила меня за запястье и зашептала:

– Беги от них. Он тебя не любит, они не способны любить. Только брать то, что им надо. А потом ломать игрушку, потому что надоела.

– Мы любим друг друга, – растерянно произнесла я, заметив, как странно блестят глаза женщины.

– Если он влюбился, тем хуже для тебя.

К счастью, вернулись мужчины, и наш визит подошёл к концу. Какое облегчение, что жить мы с Максимом будем отдельно, в двухэтажном особняке неподалёку от Кремля.

Собственный камин, прислуга и интерьер, выбранный мной по каталогам – я до сих пор не верила, что стану хозяйкой всего этого.