Ататюрк: особое предназначение

И всем им, таким, в сущности, наивным, казалось, что стоит только захотеть, как все устроится само собою.

Ничего подобного!

И в этом затерянном на задворках империи гарнизоне, где его окружали не начитавшиеся Намыка Кемаля юноши, а потянувшие лямку гарнизонные офицеры, все выглядело совсем иначе.

Да, многие из его сослуживцев были еще молодыми, но жаркий ветер пустыни давно уже высушил в их душах остатки романтизма, и на жизнь они взирали совсем другими глазами, нежели пришедший к ним из совершенно другого измерения Кемаль.

Он начал чрезмерно увлекаться спиртным, стал еще более раздражительным и однажды выложил все, что думал, полковому командиру.

К его удивлению, тот не подумал возражать и поговорил с ним, что называется, по душам.

Да, во многом Кемаль прав!

Но что делать?

Такова была их жизнь, ему тоже не нравилось разложение армии, но стоит ему запретить грабить арабов, как он получит пулю в спину.

Да и что он мог посоветовать офицерам, месяцами не получавшим жалованье?

Бунтовать?

Нет, это не его путь, он уже не так молод и должен растить детей.

Да и есть ли в этом смысл?

Ведь и сам Кемаль уже познал всю бессмысленность брошенного им вызова.

Служил бы себе припеваючи в своих распрекрасных Салониках, так нет, полез в политику.

Вот и сиди теперь в этих проклятых песках.

И сказать по правде, он еще хорошо отделался.

Сколько их, таких вот мятежных, рассталось с жизнями за куда более мелкие прегрешения.

Впрочем, он может сам поговорить на эту тему с державшим в Дамаске лавку бывшим студентом, сосланным в Сирию за участие в каких-то там бунтах.

Кемаль так и сделал и отправился к Мустафе Джантекину, как звали бунтовщика.

Один из создателей тайной организации в Военной медицинской школе, он был исключен из нее, затем арестован и в конце концов сослан в Дамаск.

Что же касается желания служить делу общего прогресса, то его у бывшего студента ничуть не убавилось, и он создал тайную организацию «Родина».

Восхищенные смелостью потрясателя государственных основ Кемаль и Мюфид тут же стали членами этой организации и предложили назвать ее «Родина и свобода».

Впервые за последние месяцы Кемаль почувствовал прилив сил, он напрашивался в командировки, знакомился с нужными людьми и за короткое время создал несколько филиалов своей организации.