Золочёный фолиант. Сын морехода

– Так волки то никогда так близко к городу не подходили – всё по чащам ныкались, да заплутавших грызли, – прервал его друг.

– Да вот и я о том же! Как мои смогли сбежать от зверюги – не знаю, жена клянётся, что не помнит дальше ничего. А То?рлан, что вахту нёс тогда у Въездной Арки, сказал, что выбежала Байра в рваном платье, потрёпанная, да руку сына сжимающая до крови. Пронеслись они мимо них, да и слова не сказали. А следом действительно эта дура гналась за ними. Так мужики еле совладали – и палкой били, и факелом жгли…

– И огня не боялся? Да брешут видно…

– Никак нет, пред Творцом поклялись! Он двоих загрызть успел, пока ему всю шкуру не выжгли, да лапы не перебили.

– Знаешь что, – проговорил тут Хонгуд. – Пойдём-ка ещё посмотрим тут недалеко, да вернёмся в город. Что-то мне твои байки не очень-то и понравились.

– Пойдём, хочу уже быстрее закончить с этой мутотенью, да выспаться; весь день завтра штыком на площади стоять, ведь этот… как его… везут… Ну герб броморский… Всех городских на уши ставят.

В ответ прозвучал лишь неуверенный нервный смешок, после чего стражники поднялись и спешно отправились дальше.

Элдрин же вернулся под землю и сел на своё любимое старое кресло. Хоть эта история о нападении странного волка и не могла остаться без его внимания, но разум его больше заинтересовала другая фраза.

– Герб Бромора… некая вещица, ради которой поднимают всю городскую стражу… – казалось, будто юноша озвучивает свои мысли вслух – столь явно они отображались перед глазами.

Но, прежде чем бросаться в омут с головой, необходимо было подготовиться получше… или, хотя бы, знать, к чему готовиться. А эту информацию Элдрин мог получить лишь в одном месте – в единственном трактире Нижнего Города, «Небесном Фрегате», который принадлежал его старому другу по имени Ка?млан.

Это заведение было в западной части Бромора. Пища и выпивка были там вкусными и дешёвыми, а вот контингент оставлял желать лучшего, в особенности, по последней причине. Даже нищие, что ошивались в паре кварталов от трактира, могли позволить себе раз в два-три дня захаживать туда на выпрошенные монеты. И, если бы хозяин не взял за правило не давать ничего в долг, эти сомнительные личности появлялись бы в его скромном деле куда чаще.