Тоннель

Огромный хищник оскалился и приготовился к нападению. Семен автоматически попятился назад и незаметно оступился. При этом карабин выпал у него из рук и полетел куда-то вниз. Отскочив от одного из каменных выступов, ружье нечаянно выстрелило. Медведь мгновенно среагировал на посторонний звук и на секунду отвлекся.

Семен, не помня себя от страха, начал взбираться по отвесной стене куда-то наверх, поскальзываясь и царапая гранит в безумной попытке ухватиться за любую выемку. Медведь яростно зарычал и встал на дыбы.

Его лапы с острыми закругленными когтями прошлись всего в нескольких сантиметрах от стопы человека.

Сделав над собой невероятное усилие, Семен в рывке подтянулся и перевалился через край выступающего вперед узкого каменного карниза. Распластавшись на животе, охотник отполз подальше от края в направлении едва заметной расщелины между двумя монолитными блоками. Плохо соображая, что он делает, Семен привстал на четвереньки и протиснулся внутрь, ведомый одной единственной оставшейся в голове мыслью: «Прячься!».

***

Конечности тряслись от напряжения, мышцы сводило судорогой, в голове гудело. Упершись руками по обе стороны гранитной стены, Семен с усилием поднялся на ноги. Внизу все еще злобно рыча, бесновался медведь. Семен инстинктивно отпрянул, сделав шаг назад. В этот момент он почувствовал, как его нога, не найдя опоры, проваливается куда-то вниз. Не удержав равновесия, охотник начал падать.

Мысленно попрощавшись с жизнью, Семен прикрыл глаза и расслабился, даже не пытаясь затормозить падение.

Колодец, в который он свалился, был настолько узким в диаметре, что мужчина скорее скользил вдоль его гладко отполированных стенок, круто, почти под прямым углом, уходящих вниз, стиснутый со всех сторон.

Неконтролируемый полет показался охотнику вечностью, хотя на самом деле длился всего лишь какие-то секунды. Узкая горловина выплюнула из себя нечаянного пленника, и он приземлился на ровную каменную поверхность, сильно ударившись ногами об пол. Завалившись на бок, Семен застонал от прострелившей правую ногу боли.

Кажется, при падении он все же подвернул лодыжку. Там, где он очутился, царил глубокий мрак, и было жутко холодно. Ощупав ушибленную ногу и убедившись, что сможет встать, Семен, кряхтя и постанывая, встал во весь рост.

Отыскав в кармане фонарик, он включил его и начал обшаривать периметр лучом. Тот сразу же уперся в противоположную сводчатую стену, удивительным образом гладкую, словно обтесанную человеком.