Развод отменяется

Ксанти молча покачала головой, хотя знала, что он скажет.

– Мне кажется, ты скучала по мне.

– Не будь глупцом. Я много лет не вспоминала тебя, – бросила она, хотя ее сбивчивое дыхание говорило о другом.

Он многозначительно улыбнулся, и эта его полуулыбка была приглашением согрешить, перед которым ей никогда не удавалось устоять.

– Ты не помнишь, как хорошо нам было вместе? – насмешливо спросил Дэн, коснувшись пульсирующей жилки у основания ее шеи. – Потому что я не забыл.

– Нет, – выдохнула Ксанти, но они оба знали, что это была самая большая ее ложь.

Ей стало трудно дышать, когда Дэн пальцем обвел ее сосок, и его настойчивое и бесцеремонное прикосновение даже через шелк и кружево вызывало в ее теле дрожь.

Ее грудь тут же набухла, выдавая непомерную ложь Ксанти.

Дэн склонился чуть ниже и, отодвинув край ее бюстгальтера, скользнул пальцами под тонкое кружево. Он слегка коснулся губами уголка ее губ, и она почувствовала аромат кофе и мяты.

– Рыжая, ты всегда была ужасной лгуньей.

Она не могла дышать. Не могла думать. И определенно не могла говорить. Поэтому Дэн беспрепятственно потянул чашечку бюстгальтера вниз, обнажил тугой сосок и слегка подул на чувствительную кожу.

– О боже.

У Ксанти подкосились ноги, когда Дэн лизнул нежный холмик, а потом слегка сдавил его кончик. Она вздрогнула, и ее бедро коснулось впечатляющего бугра в его брюках. Ксанти потерлась о него, как кошка, отчаянно желая дать выход этой мучительной агонии.

Дэн судорожно выругался, а потом обхватил ее голову руками и набросился на ее губы.

Она вцепилась пальцами в рубашку Дэна и притянула его ближе, упиваясь восхитительной силой этой глыбы из мускулов, примявшей ее обнаженную грудь.

Ксанти почувствовала, как низ ее живота налился свинцом и стал до боли чувствительным. И влажным от желания. Это ощущение вернуло ее в прошлое, когда Дэну хватало одного взгляда на нее, чтобы она готова была отдаться ему.

Она не могла взять в толк, почему ее по-прежнему тянуло к нему с такой силой.

Мысли путались у нее в голове, уступая место затуманенному сексом забытью, которого она лишала себя слишком долго. Язык Ксанти переплелся с языком Дэна, давая ему ответ, которого они оба жаждали.

Он целовался, как и раньше. Мастерски нападал и уклонялся, одновременно лаская ее грудь. Его слегка отросшая за день щетина царапала ей подбородок.