Нежная прихоть плейбоя

Выехав на прибрежную дорогу, Джаред переключил трансмиттер и нажал на педаль газа. Он чувствовал на себе ее негодующий взгляд, но продолжал молчать.

У Кэти было все – шикарный дом, любящая семья и достаточно ума, чтобы стать кем-то. Вместо этого она предпочитала вести себя как капризный ребенок в кондитерской лавке. Возможно, с попустительства Дарио.

– Не знаю, куда вы меня везете, – наконец сказала Кэти, – но вы не сможете заставить меня что-то делать против моей воли.

Он поднял глаза и увидел в зеркале ее злобный взгляд.

– Мне уже не девятнадцать, – добавила она. – И я не подчиняюсь ничьим приказам. Особенно вашим.

– Вы хотели бы выйти и прогуляться пешком еще несколько миль? – поинтересовался Джаред.

Бросив на него уничтожающий взгляд, Кэти отвернулась, отвоевав несколько секунд в попытке восстановить самоконтроль. Она напоминала ему рассерженного подростка.

Умирающий закат позолотил ее волосы и выступившие на груди капли пота. Его охватил жар.

Каким-то образом этому нескладному утенку с большим ртом удалось превратиться в длинноногого и ошеломляюще красивого лебедя. Джаред не мог не заметить этого даже под слоем грязи, пота и пыли.

Он прибавил газу, чтобы обогнать трейлер. Чем скорее он от нее избавится, тем лучше.

– Как вы оказались в Италии? – внезапно спросила Кэти. – Только не надо говорить, что вы проделали этот путь исключительно для того, чтобы увидеть меня.

Джаред простил ей этот комментарий, поскольку даже враждебный тон не мог скрыть ее смертельной усталости.

– Я на Капри с понедельника, – ответил он. – Компания, охраной которой я занимаюсь, открыла там новый курорт. После того как вы отправили сообщение своей сестре, со мной связался Дарио.

– Как же мне повезло, – пробормотала она.

Еще одна порция сарказма, притупленного усталостью.

Не так уж и повезло. «Венус-проект» был серьезным делом, но Джареду не хотелось присутствовать на предстоящих мероприятиях – несмотря на заявления его пиар-команды насчет паблисити, которое можно сгенерировать на европейском рынке, если он покажется там лично.

Сначала его поразило напряжение в голосе друга. Потом на него нахлынула волна стыда при упоминании имени, которое он вот уже пять лет пытался забыть.