Отдых на Бермудах

Подушечки на кончиках ее пальцев терлись о грубые мозоли на тыльной стороне его ладони. А соски уже напряглись.

– У меня нет никаких возражений, – сказала она, почувствовав необъяснимую пустоту, когда он отпустил ее руку, и удивляясь, что мгновенно поняла, капитан Купер Дилэйни представляет для нее большую опасность.

– Вы согласны сесть впереди рядом со мной?

Она кивнула, потому что ее язык онемел.

Пройдя между парами, теснящимися на скамейках по периметру катера, они подошли к двум местам перед пультом управления в кабине.

– Сюда, мисс Рэдли. – Он коснулся пальцами фуражки – скорее веселым, чем вежливым жестом, – подмигнул, а потом повернулся к другим пассажирам.

Элла слушала, как он представил себя и двух худющих подростков, которые были в его команде сегодня, а затем начал неторопливо рассказывать о месте сноркелинга под названием Вестерн-Блю-Кат, об истории затонувшего в результате крушения судна, которое они будут исследовать, о рифах и правилах безопасности.

Вскоре Купер поднялся и расположился на сиденье рядом с ней, его ладонь обхватила закругленную головку рычага переключения передач на панели управления. Он опустил рычаг, нажал на кнопку, и лодка взревела. Элла схватилась за перила, чтобы не упасть. Купер искоса бросил на нее веселый взгляд, а затем спрятал озорные глаза за солнцезащитными очками.

– Держитесь крепче, мисс.

Ответная ухмылка, затрепетавшая на губах Эллы, была ее первой искренней улыбкой за много месяцев. Возможно, решение поехать в незабываемый отпуск одной не будет полным разочарованием.

– Дорогая, а ты привлекла к себе внимание Купа.

Щеки Эллы вспыхнули от слов пухлой женщины средних лет в ярко-розовых бермудах, которая стояла рядом с ней у релинга, пока лодка покачивалась на волнах у рифа.

Они достигли своей цели десять минут назад и ждали, пока капитан Дилэйни и его команда закончат распределять и закреплять снаряжение для сноркелинга, прежде чем нырнуть в воду.

– Вы знаете капитана Дилэйни? – спросила она, надеясь сменить тему разговора и старательно игнорируя свое участившееся сердцебиение.

– Мы знаем Купа почти десять лет, – доброжелательно пояснила женщина, растягивая слова на среднезападный манер.