Назови меня своей

Но прежде чем успела сказать хоть слово, его глаза снова закрылись, и Касия вновь залюбовалась этим потрясающе красивым мужчиной.

Пытаясь найти рану, она оттянула в сторону край его халата и сразу почувствовала липкую влагу и запах крови. Она тут же выругалась, ничуть не стесняясь в выражениях. Что же делать, ведь только так Касия могла придать себе необходимый заряд сил и энергии.

Теперь она осталась одна в пустыне с истекающим кровью мужчиной, который спас ее от песчаной бури и которого она так… хм, «отблагодарила».

Еще никогда в жизни она не чувствовала себя такой растерянной.

Глава 3

– Ты не мой сын, ты вообще ничей сын. Ты – паразит, крыса. И я очень сожалею о том, что ты вообще появился на свет.

Сердце Райфа колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Лицо его отца надвигалось – жесткий изгиб губ, презрение в черных глазах. Жуткие слова отозвались в душе неимоверной болью… несмотря на то, что Райф слышал подобные признания и откровения уже далеко не в первый раз.

– Я десять лет одевал и кормил тебя. Теперь ты – мужчина. Ответственность, которую я нес, оплачена.

– Нет! – вырвался у него отчаянный крик.

Звук отцовской пощечины прозвучал как выстрел из винтовки, хотя на этот раз боль чувствовалась не в душе… его щека буквально горела.

– Тихо-тихо… Принц Райф, тебе снится плохой сон, – услышал он чей-то тихий голос.

Что-то прохладное и мягкое коснулось его лба, но Райф не смог распознать, что именно.

– Не принц… крыса, – прошептал он.

Экзотический аромат – жасмин, специи и сладкий запах женского пота – вдруг окутал его своей приятной негой. Тепло ночи проникало в пах, наполняя кровью член. Он сосредоточился на удовольствии, пытаясь заглушить отчаянную боль в сердце.

Прохладные пальцы коснулись его подбородка, и что-то твердое прижалось к его губам.

Он почувствовал на губах вкус свежей воды, открыл рот и сделал глоток.

– Притормози, а то захлебнешься, – услышал Райф вдруг насмешливый голос.

Он с трудом открыл глаза: казалось, к векам были привязаны камни.

– Кто ты? – прошептал он на своем языке. При этом совершенно невозможно было распознать его истинные эмоции.