Продавец Песка и другие сказки потерянного города

– Вы знакомы с тетушкой Феодосией?

– Нет, я зашел к Харлампию, и вдруг на пороге, в слезах – твоя тетушка: оказывается, ее неблагодарный племянник украл у нее самое-самое дорогое и сбежал.

– Я не крал, – покраснел Эми, – то есть, я…

– Конечно, ты не крал, я так сразу и сказал: на кой черт красть, если сам подарил?

– Откуда вы знаете, что это я подарил?

– Харлампий сказал.

– Вы – друг Харлампия?

– Нет, у меня с ним просто дела.

– Дела –это насчет телят и кабанчиков?

– Почему? – усмехнулся Савелий.

– Мне кажется, он ничего другого не знает.

– Ты чертовски прав, Эми. Но, как любой торговец, Харлампий всегда не прочь купить что-то подешевле у одного, чтобы продать подороже другому.

– Я думал, у Харлампия продается только мясо, – удивился Эми.

– Мясо Харлампий продает с прилавка, у всех на виду. А то, что он покупает у меня, продается потом в комнатке за прилавком – так, чтобы никто не увидел.

– И что же это такое?

– Ты любопытен Эми, и это хорошо, потому что сам я ужасно любопытен.

Эми онемел. Слово «да» рвалось из его уст, но он удержался.

– Все верно, Эми, не доверяй свои тайны черт-те кому, – продолжал Савелий. – Но я, видишь ли, не черт-те кто. Я многое знаю о золотистых жемчужинах вроде той, что носила твоя тетушка. Я думаю, ты желаешь ей добра, но боишься, что жемчужина причинит ей зло.

– Вы совсем не знаете меня и… хотите помочь? – усомнился Эми.

– Мы с Себастьяном, твоим отцом, были приятели с детства. Почему же мне не помочь тебе?

– Вы просто хотите помочь? Просто так? Почему?

– Почему? – Савелий пожал плечами. – Не знаю… Я тоже рано остался без родителей… Да, я помогу тебе просто так, но давай начистоту: мое любопытство меня замучает, если говорить буду только я, а ты не ответишь ни на один мой вопрос.

– Значит, ответ – за ответ? Такое условие?

– Да ладно, не обязательно, какого черта… А знаешь что? Не зайти ли нам вон в тот трактир? С твоим отцом я сидел там не раз. По-моему, ты не завтракал и продрог. Стакан горячего чая со сладкой булкой тебе не повредит, я угощаю. И каждый расскажет только то, что захочет рассказать, идет? Условие одно: не болтать потом о сказанном.

Эми колебался, хотя ему очень хотелось горячего чаю.