Молчун 10. Тени сгущаются

Столько ненависти и злобы было в этом разумном, и всё это сейчас выплёскивалось именно на меня. Но в данный момент я не особо реагировал, глядя на его бешеные метания. В первую очередь по той причине, что он как таковой интереса для меня не представлял… Живым. Как я и ожидал, Патриарх оказался в курсе многих проблем на чужих территориях. Более того… Оказалось, что он мечтал захватить полностью под свой контроль всю паству Храма Триединого. И в результате, старательно собирал всю возможную информацию про потенциальных врагов.

Как я понял, для него врагами были практически все? Ведь он старательно собирал и всю возможную информацию также и про соседние страны, где были свои Патриархи. Вот только они оказались немного хитрее. Приближенные к ним разумные были преданными своим Патриархам. И поэтому подкупить, или как-то переманить на свою сторону их, было не так уж и просто. Оставалась только одна небольшая надежда на достижение нужного ему результата. Как я и думал, этот разумный искал также, как и я, те самые монастыри на чужих территориях. Вы спросите у меня, зачем ему это нужно? Да всё для того же. Чтобы поставить соседние территории в подчиненное от себя положение. Ведь если им придется идти к нему, чтобы всё-таки попытаться получить энергию для зарядки своих амулетов и артефактов, все эти разумные будут поклоняться ему. И это даже не обсуждается. В отличии от него, кто сумел убедить в необходимости контроля этой ситуации даже собственного брата, поставив его жрецом -настоятелем того самого монастыря, другие Патриархи такими ресурсами не обладали. И поэтому, именно через эту возможность и собирался действовать Ригор. По крайней мере, до тех пор, пока в его планы не вмешался я со своими играми и интересами. Вернее, надо сказать, что лучше бы он сам на меня не отвлекался? Это была глупость с его стороны. Но теперь уже ситуацию не изменить. Что случилось, то случилось. И спускать случившееся ему с рук я не собирался. Допрос был очень жестоким. Сначала я продемонстрировал этому разумному всю ошибочность его действий, которые явно давали теперь ему понять величину глупости, совершённой им самим. Вернее, надо сразу сказать, что он её совершил, когда вообще решил со мной сцепиться. Я ударил его по больному месту. По тому самому месту, со стороны которого он не ожидал подвоха. Я ударил по его амбициозности и жадности. Ведь он считал, что всё продумал? Однако, в этот раз он сильно ошибся. И эта его ошибка станет ему смертельной ловушкой.