Уголки страха

В этом был большой плюс – ты всегда успевал собраться с мыслями, чтобы обмен любезностями проходил более быстро и лаконично. Время было шесть вечера, моя смена подходила к концу. Хотелось быстрее закончить сегодняшний денек приятными посиделками в баре.

Интересно, что Маклафлину надо? Ладно, отчитаюсь и домой.

– Вызывали, сэр?

– Да. Проходи, садись, – присев на стул, я прикурил сигарету, тем самым подготовившись к расспросам Маклафлина.

Кабинет комиссара был усеян наградами разной степени важности: кубок за игру в футбол в школе, медаль за мужество в армии, грамота за отличные физические показатели и, конечно, медаль за службу в полиции.

Благодарность от мэра города красовалась в рамке из чёрного дерева, занимая почетное центральное место. Рай для самолюбования и эгоцентризма.

Лицо Маклафлина было наполнено серьезностью как никогда. Морщины на его роже выдавали это. Суровый взгляд вкупе с сединой вырисовывал матерого хищника, раскусившего далеко не одну жертву.

– Садись, Колдуэлл.

Нам надо обсудить твое последнее дело…

– Шеф, отчёт готов. Завтра будет у вас на столе.

– Колдуэлл, парень, которого ты арестовал, утверждает, что ты его подставил, – гребанный наркоша. Ну ничего, в тюрьме таких любят.

– Но…

– Я не закончил. Он также заявляет, что был твоим информатором, а ещё говорит, будто ты присвоил часть денег.

– Сэр, я сдал все при аресте. Если есть сомнения – бланки получения-сдачи материалов можете затребовать в хранилище. Колтон ещё там, он может подтвердить.

У меня встречный вопрос. Не уж-то вы верите какому-то наркоше, а не мне, человеку, прослужившему в полиции десять лет? – укол в самое нутро Маклафлина, в его полицейскую гордость.

Комиссар всегда был честным копом. Все, чего он добился, было заработано потом и кровью.

– Колдуэлл, успокойся. Я всегда на стороне полицейских, просто это громкое дело и спросят со всех. Так что убедись, что в твоём отчёте комар носа не подточит. У меня нет желания разгребать дерьмо в департаменте.

Тем более с отделом внутренних расследований, которые даже свою мамашу готовы подозревать в нечестности из-за того, что конфет недосчитались.

– Я могу идти?

– Можешь идти.

Маклафлин – старый пердун, хочет покрасоваться перед начальством. Главное – отчёт. Там расписано все грамотно, не подкопаешься. Я всегда подходил к бумажной волоките со всей ответственностью. Малейший просчет – тебе крышка. Ищейки начнут копать.