Что таится за завесой

Рядом стояла чаша с водой, он смочил в ней салфетку и поднял одну из моих трясущихся рук с колен.

– Она должна умереть, чтобы ты стала моей женой.

Я вздрогнула, будто от удара, – мне стало мучительно больно от этих слов. Я не хотела становиться леди Мистфел. Я не смогла бы долго прожить с таким мужем, как лорд Байрон, – вся моя жизнь, днем и ночью, проходила бы под его неусыпным надзором, в полном подчинении.

– Не ожидала? А зачем, как ты думаешь, я водил тебя сюда, учил читать? Учил тебя этикету за большие деньги? Моей шлюхе такие умения вряд ли пригодились бы, – сказал он, прижимая ткань к одной из ран, оставленных накануне шипами лиловых ягод.

– Никогда не думала об этом, – призналась я.

Все это никак не хотело укладываться у меня в голове. Убийство жены, дальней родственницы короля… это было бы чересчур даже для него.

– Мистфелу нужен наследник. Перед завтрашним жертвоприношением я объявлю о смерти Жаклин и сообщу жителям деревни, что выбрал другую жену, чтобы дать им наследника, которого они ждут и заслуживают.

Они узнают, что сам Отец изложил мне свою волю и благословил наш союз, когда я сидел у смертного одра Жаклин. Верховный жрец не посмеет пойти против божественного замысла, ему придется выбрать кого-то другого для жертвоприношения. Мы поженимся через неделю…

– Нет.

Я сама не поняла, как у меня вырвалось это слово; оно повисло между нами, наполнив библиотеку приглушенным звуком моего голоса и тихим вызовом, который я даже не думала произносить вслух.

В ушах зазвенело, желудок скрутило болью, в горле вспенилась желчь.

– Что? Что ты только что сказала? – спросил лорд Байрон, замерев.

Взгляд его стал жестким. Все признаки мягкости, которую он сегодня соизволил проявить ко мне, рассказывая о своих намерениях, испарились. Он разозлился и проявил истинную сущность.

– Нет, – повторила я, и теперь в моем голосе прозвучало больше силы.

Сердце в груди грохотало, кожа покрылась холодным потом – я обозначила точку невозврата, выбрала себе судьбу.

Некоторые судьбы хуже смерти.

И он предложил мне одну из них:

– Ты понимаешь, что в противном случае тебе просто перережут горло, как твоему отцу?

С губ у него сорвался недоверчивый смешок, который лишь усилил во мне решимость избавиться от него. Сделать выбор, который он не одобрит.

– Да, – ответила я, подняв подбородок и расправив плечи, демонстрируя позу женщины, которую он пытался из меня слепить.