Искушение для Кати

Егор нес за меня ответственность, переживал, а бесстыжая подруга укатила в неизвестном направлении, ещё и трубку не брала. Случись что со мной, как бы он оправдывался перед моими родителями? Ну подумаешь, взяли меня для галочки, могла домой попроситься или высказать свои претензии им в лицо… Короче, накрутила себя по полной.

В девять утра, решительная и взвинченная до предела, я стояла на пороге квартиры Малиновского. Дверь он открыл заспанный и хмурый. Из одежды на блондине были только боксеры, окинула его быстрым взглядом и забыла зачем пришла… В такие моменты из головы улетучивались все мысли о нашей дружбе, и я начинала видеть в Егоре привлекательного мужчину.

Очень… Зараза… Грудь без волос, рельефная, а какой у него сексуальный треугольник паховых мышц, который брал своё начало где-то под боксерами…

– Совести у тебя нет, – голос блондина заставил отмереть, я густо покраснела и оторвала глаза от чужого живота, – Мало того, что весь вечер испортила, так ещё и явилась ни свет ни заря.

– Я извиниться, – торопливо проговорила, переминаясь с ноги на ногу, – Горюша, прости меня, дуру неадекватную, – причитала дурным голосом, стараясь делать несчастное лицо, – Подвела тебя, укатила в неизвестном направлении.

А ведь надо мной могли надругаться или прибить, это же твой друг, от таких можно чего угодно ожидать…

– Весело тебе, я смотрю, – насупился Малиновский, – Никакого прощения за твои притворные извинения, – сложив руки на груди… Катя, блин, не смотри туда…Нагло заявил Егор.

– А если кофе? Могу прибраться в твой комнате.

Могу моцык помыть, – предлагала варианты, зная заранее, что дальше кофе блондин не зайдёт.

– Я так дёшево не продаюсь, – высокопарно заявил друг, а потом хитро прищурившись добавил, – Омлет, кофе и танец живота.

– Как пожелает господин, – поклонилась с покорным лицом, но, не выдержав, шагнула вперёд и повисла на шее блондина, – Я больше так не буду, –  проговорила тихонько, с удовольствием прижимаясь к горячей груди и вдыхая родной запах. На сердце стало легче, а вот в душе… Что-то зашевелилось, непривычное, до чёртиков меня сейчас напугавшее.

Обычно девушки чувствуют такое к мужчинам, но не к друзьям…

– Надеюсь, – усмехнулся Малиновский и тоже обнял меня, как-то нежно, трепетно. Зарылся носом в мои волосы и глубоко вдохнул, его грудь высоко вздымалась, сердце билось о рёбра, как сумасшедшее. По моему телу прошла волна дрожи. Испугавшись, медленно отпустила Егора, пребывая в шоке от своего открытия.