Всего один взгляд. Невиновный

Обвинители требовали наказания как за восемнадцать убийств при отягчающих обстоятельствах, но присяжные не согласились с такой точкой зрения, и адвокату удалось свести дело к обвинению в восемнадцати непредумышленных убийствах. Приговор, кстати, мало волновал общественность; все знали: в «Бостон-Гарден» погиб единственный сын Карла Веспы – и помнили, что началось, когда в автомобильной аварии погиб сын мафиози Готти: водитель второй машины, отец семейства, пропал, как в воду канул. Все ждали, что Уэйда Ларю постигнет та же участь, и готовы были встретить подобный исход рукоплесканиями.

Сначала Ларю держали в Уолдене в одиночке. Грейс не следила за развитием событий, но знала, родители погибших, включая Карла Веспу, созваниваются и переписываются – им требовалось время от времени видеться. Выжившая Грейс чувствовала себя погребальной урной с незримыми останками умерших. Огромный эмоциональный груз – чудовищная, невозможная ответственность, наложенная на долгое и трудное физическое восстановление, – стал основной причиной ее отъезда за границу.

Через несколько лет Ларю перевели в общую камеру. Ходили слухи, что сокамерники избивают его и насилуют, но отчего-то он был все еще жив. Карл Веспа не стал лишать Ларю жизни – может, из милосердия, а может, и наоборот, если вдуматься.

– Он наконец перестал заявлять о своей невиновности, слышишь? – продолжал Веспа. – Признает, что стрелял из пистолета, но говорит, просто выпускал пар – очень уж расстроился, когда погасли огни на сцене.

Это походило на правду.

Грейс видела Уэйда Ларю всего раз – ее вызвали в суд как свидетельницу. Ее показания ничего не добавили к его вине или невиновности – она не помнила даже давки и тем более не могла указать на того, кто пальнул в воздух, – но, безусловно, вызвали нужные эмоции у присяжных. Однако Грейс не хотела мести и навсегда вычеркнула из памяти Уэйда Ларю, по сути, ничтожество и мелкого хулигана, достойного скорее жалости, чем ненависти.

– Думаешь, его выпустят? – спросила она.

– У него новый адвокат.

Очень ловкая мадам.

– И если она добьется его освобождения…

Веспа улыбнулся:

– Не верь всему, что обо мне печатают. Кроме того, в случившемся той ночью следует винить не только Уэйда Ларю.

– Как это?

Веспа ограничился лишь туманной фразой:

– Как я уже говорил, проще показать.

По его тону Грейс поняла: лучше сменить тему.

– Почему вы назвались холостяком?

– Что?

– Вы сказали моей подруге, что не женаты.

Веспа пошевелил пальцами.