Всего один взгляд. Невиновный

Неверие затопляет сознание, врачуя раны или по крайней мере затягивая их, но до того каждый – к счастью, недолго – переживает подлинную первую стадию горя, когда, услышав новость, на миг заглядываешь в бездну и до глубины души, всем существом проникаешься ужасом случившегося.

Лоррейн Конвелл сидела очень прямо. Ее губы дрожали, но глаза были сухи. Она казалась такой маленькой и одинокой, что Перлмуттер с трудом сдержал порыв обнять ее и прижать к себе.

– Мы с Рокки, – выговорила она, – решили снова съехаться.

Перлмуттер кивнул, показывая, что внимательно слушает.

– Это моя вина. Я заставила Рокки уйти. Не надо мне было… – Она посмотрела на Перлмуттера глазами цвета фиалки. – Когда мы познакомились, он был другим, знаете? Мечтал, строил планы. Был уверен в себе. А когда больше не смог играть в профессиональной команде, это выело его изнутри, как кислота. Он не смог с этим жить.

Перлмуттер снова кивнул. Он искренне хотел помочь Лоррейн, посидеть с ней, но у него действительно не было времени выслушивать историю ее жизни.

– А кто мог желать Рокки зла? Были у него враги, недоброжелатели?

Лоррейн покачала головой:

– Нет. Ни одного.

– Но он сидел в тюрьме.

– Попал по глупости – ввязался в драку в баре, и ситуация вышла из-под контроля.

Перлмуттер посмотрел на Дейли. Они знали о драке и уже проверяли, не захотел ли избитый взять запоздалый реванш, но эта версия казалась маловероятной.

– Рокки где-нибудь работал?

– Да.

– Где?

– В Ньюарке, на заводе «Будвайзер». Возле аэропорта.

– Вы вчера звонили в полицию… – сказал Перлмуттер.

Лоррейн кивнула, глядя невидящими глазами в одну точку.

– И говорили с офицером Ди Бартолой.

– Да, он держался очень любезно.

Ну естественно…

– Вы позвонили рано утром и сказали, что ночью Рокки был на работе.

– Да.

– Он что, работал в ночную смену?

– Нет. Он нашел вторую работу. – Поколебавшись, Лоррейн добавила: – Неофициальную.

– Что за работа?

– У одной начальницы.

– И что он делал?

Лоррейн пальчиком подтерла слезу.

– Рокки не очень рассказывал. Доставлял повестки, по-моему, и тому подобное.

– А как зовут леди-босс?

– Ой, фамилия трудная, иностранная, я не выговорю.

Перлмуттеру не пришлось долго гадать:

– Индира Харивалла?

– Да, – посмотрела на него Лоррейн Конвелл. – Вы ее знаете?

Перлмуттер знал. Дело прошлое, но капитан знал ее очень хорошо.