Выстрел по солнцу. Часть вторая

Он окинул Ленского шутливым, почти приятельским взглядом, будто приглашая его посмеяться над незадачливостью соперника.

Князев все не отпускал его руку, словно добычу, удерживая ее хваткой рукопожатия, и Ленский замер, отвечая начальнику смущенным, встревоженным молчанием.

Наконец, тот разжал пальцы, указал рукой на стул.

– Присаживайтесь, я хотел бы поговорить с вами.

Он уселся за стол, опершись локтями на темный глянец, привычно сцепил пальцы рук.

– Ну, и как там дела? – одна из птиц взлетела, описав в воздухе замысловатую петлю.

Размякшее, измотанное сознание неуклюже рванулось, на ходу настораживаясь, прикрывая смятение непонимающим взглядом. Слишком общо поставленный вопрос – прямая дорога в западню.

– Прошу прощения?

– Да, бросьте вы, ей-богу. – Князев вздохнул. – Наверняка, уже самый последний клерк в этой конторе знает, что новый начальник – деспот и самодур, и на глаза ему лучше не попадаться. Кроме того, мне объявлено что-то вроде негласного бойкота, этакого корпоративного саботажа.

Увы, как это не парадоксально, детские клише преследуют нас всю жизнь, с годами лишь прибавляя категоричности и нетерпимости, легко возводя в степень экзистенциальной несправедливости любое действие, не совпадающее с нашим собственным мировосприятием.

Как первое, так и второе – глупо, как в первом, так и во втором никто не признается, и весь этот детский сад будет продолжаться до тех пор, пока я, как это говорится, не зарекомендую себя с положительной стороны, то есть, заслужу ваше уважение. Например, совершу поступок, квалифицированный коллективом как подвиг, или, наоборот, стану горой за какого-нибудь героя, неоправданно затертого бездушием начальства.

И только после этого растает лед, я перестану испытывать фантомные угрызения совести, и снова смогу чувствовать себя честным человеком.

Знаете, я много думал над этим, и мне кажется, уже давным-давно нужно было принять практику назначения новых руководителей с заранее подготовленной легендой внедрения. Должна существовать такая специальная разнарядка комплектаций для руководителей, получивших новые назначения. Одному – подвиг, другому – широкий жест, третьему – еще что-нибудь благородное и достойное.