Мусорные хроники

Куда приятнее занимать руководящую должность, пусть и с некоторыми обязанностями, чем будучи вольным наёмником обивать пороги в поисках работы. Вот только я с трудом представлял, как этот план сработает. В нём было столько дыр, что малейшая неточность закономерно вела к смерти.

А с другой стороны сюда я шёл вообще без плана, и ничего. Может опять прокатит?

– Ну давайте попробуем. Только фигня, конечно, полная этот ваш план.

– Предложите лучше, Константин.

– Не могу, Николай. Будем действовать по-вашему.

Николай благодушно улыбнулся и предложил отобедать. Я принял приглашение, хоть аппетит меня покинул после ужина надолго. Какого же было моё удивление, когда в тарелке перед собой я увидел ароматный борщ с добрым куском мяса и ложкой сметаны.

– Но откуда? – спросил я прежде, чем приступить к еде.

– Есть способы. Дорогие и очень энергозатратные, но оно того стоит, не правда ли?

Я попробовал суп на вкус и в животе одобрительно заурчало. Аппетит проснулся, протёр глаза и сказал, что это его полностью устраивает.

– Стоит, и ещё как. – подтвердил я.

Глава 10

К горбуну я вернулся, погрузившись в раздумья. Не мог понять, правильно ли поступаю, или совсем уже с катушек слетел. Всё вокруг менялось с такой головокружительной скоростью, что хотелось просто встать и во всё горло что-нибудь заорать. А вот что именно орать, я придумать не мог и только поэтому молчал.

Ещё я чертовски сильно хотел, чтобы всё это оказалось сном. Пусть коматозным, если учесть последние воспоминания, но всё же сном.

Иначе как объяснить то, что видел я каждую секунду после попадания сюда? Сюрреалистический бред, неподдающийся никакому логическому объяснению, да и только.

Сам Николай Алексеевич мне так же покоя не давал. Вроде складно всё объяснил, но в голове это не укладывалось. Как яичный белок после встречи с миксером вспенилось моё серое вещество и превратилось в жертву горячечного бреда.

Чем дальше я уходил от дома Николая, тем больше возникало новых, но не менее важных вопросов.

Например, почему местные понимают наш язык как свой? Не могло же такого быть, чтобы все они говорили исключительно по-русски? Если я, как и все с Земли, так важен, то почему со мной не связались сразу, хотя следят как минимум со вчерашнего дня? Да и как поживают остальные земляне, которые объявились здесь после начала экспедиции?

Вопросы, вопросы, вопросы… столько вопросов, что хоть обратно беги и спрашивай. Только поможет ли это? Вряд ли.