Между сном и явью

Шура шёл, стакан нёс, махнул рукой и пролил на сумку. Но Маша рассказывала, так смакуя каждое слово, будто кроме меня никто об этом не спрашивал.

– А сумочка правда стоит двадцать тысяч? – переспросил я, когда рассказ закончился.

– Именно! И он её водой поливает!

– Прости за вопрос, но откуда у тебя такая дорогая вещь? С нашими-то зарплатами.

Маша улыбнулась. Она ждала, чтобы кто-нибудь спросил и об этом.

– Мне её подарил поклонник, между прочим.

– Поклонник? – удивился Коля.

– Именно так. По слогам сказать?

– Хорош поклонник.

– Типа того. Сын крутого бизнесмена. Он десяток этажей в башне Сити имеет. Так то.

Коля поник. Ему явно не нравилось, что за Машей кто-то ухаживает. Может, как и я когда-то, он боялся признаться? Или просто принимал её как свою собственность? Как вечно ожидающую и готовую в любой момент на что-то большее, чем беседа под сигарету.

– Ну, меньшего ты не достойна, – сделал я комплимент, и Маша присела в риверансе, махнув чёлкой.

– Я пойду, – Коля кинул окурок и поднялся.

– Ревнует, – заключил я, когда дверь за ним закрылась.

– Ну и пусть. Ему полезно. Ладно, пойду и я поработаю.

Она убежала. Оставила меня один на один с тлеющим бычком и тишиной. День приближался к концу, и всё крепче боролись во мне надежда и страх. Ночь. Что принесёт она? Без лекарства останется ещё одним беспокойным бдением. С лекарством я опять могу увидеть Таню. И это пугало не меньше, чем радовало. Ещё немного побыть с ней, ещё раз прикоснуться.

И тут я сделал неожиданный вывод. Надо. Непременно надо. Ещё раз, ещё одну ночь. И не дай бог, приснится мне что-то другое. Это будет такая же катастрофа, как и возвращение Тани в мою жизнь.

Глава 5. Не упусти

Остаток рабочего дня растянулся на полтора часа и долго не хотел заканчиваться. Решил измотать меня однообразием окончательно, и получалось у него это очень не плохо.

Покинув курилку, я всё же приступил к намеченному на завтра.

Но вот скука осталась позади. Все двадцать человек в офисе взорвались гомоном голосов и шорохом пакетов, сбросили всякую усталость, взбодрились, превратились из безликих механизмов и живых людей со своими планами и желаниями. В этом порыве я не отставал от коллектива ни на секунду.