Между сном и явью

Неужели я выглядел так жалко, что даже незнакомый человек не смог остаться равнодушным?

Я рассыпался в благодарностях. Фармацевт скрылась в подсобке и вернулась через пару минут с двумя красно-белыми коробочками.

– Вы представляете, действительно оказалась пара пачек. Наверное, кто-то заказывал, но так и не забрал.

– Мне, наверное, и одной хватит.

– Хорошо. Та-ак. Мурселад плюс… три тысячи шестьсот рублей. У вас социальная карта есть?

– Да, вот. А как его принимать, вы не скажете?

– Простите, но я не врач.

Мне нельзя такие вещи советовать. Тем более, что препарат тяжёлый, и если с вами потом что-то случится, то отвечать буду я.

– Врач не говорит, вы тоже. Мне что, в интернете спрашивать? Там-то советчики найдутся.

Не зная, что ответить, фармацевт пожала плечами.

В любом случае, теперь разрешение на сон лежало у меня в кармане, и хотелось поскорее опробовать препарат в деле. Всё остальное, что я смог найти сам, уже доказало свою бесполезность. Чаи и бальзамы, гомеопатия с иностранными названиями.

После двух недель ночного бдения мне стало плевать, каким врачом лекарство выписано. Главное, чтобы подействовало.

В приподнятом настроении я добрался до своего дома. Оставалось только взобраться на четвёртый этаж и сразу в кровать. Теперь это так просто.

Каждый день, уже три года, когда последняя ступень оставалась позади, всё внутри меня ликовало от очередной победы. Пять лет я был прикован к инвалидному креслу и не имел возможности спуститься. Не находилось того, кто взялся бы помочь бесплатно, а дворники просили по две тысячи в одну сторону.

Тогда моими городскими улицами была лестничная площадка, а теми немногими, с кем я общался вживую – соседи-алкоголики. Они пили беспробудно и часто скандалили по разным пустякам. Я же был невольным свидетелем, и к моему мнению они взывали каждый раз, когда не находили общего языка.

Тогда из густой темноты, сдавливающей тисками, я видел лишь один выход – начать снова ходить. Только ради этого я отказался от мысли прервать своё бессмысленное существование, хотя самоубийство и выглядело едва ли не хэппи-эндом.

Десять раз я подбирался к нему вплотную. Лишь случайность не позволяла довести дело до конца. Телефонный звонок или свистящий чайник на плите. Мелочи спасали в самые тяжёлые моменты, а путь к свободе тем временем становился короче.

В итоге это стало кошмаром из прошлого, о котором хотелось забыть навсегда. А новой мечтой я избрал богатство.