Дочь для волка

И вот этот осколок магии поселился в тебе.

– Об этом я уже как-то догадалась.

– Я понимаю твое желание сдержать ее. Вытолкнуть ее из себя. Но если бы ты научилась пользоваться этой силой, возможно, Диколесье перестало бы пытаться забрать у тебя… кое-что другое.

Жестокой надеждой в его голосе можно было резать как ножом.

– Может быть, этого хватит. Если ты просто научишься пользоваться тем, что уже имеешь.

– Я не понимаю. Диколесье хочет что-то забрать у меня? – В горле образовался огромный ком, и Рэд сглотнула.

 – Ему мало того, что оно уже взяло?

– Об этом не думай. – Эммон совсем успокоился, голос его звучал ровно. Рэд почти начинала верить ему. – Сейчас тебе нужно полностью сосредоточиться на обуздании магии, которой одарило тебя Диколесье. Подчинить ее себе – вот твоя задача.

– Я не могу. – Рэд рассмеялась; клуб пара вырвался из ее рта и растаял в сумерках. – У тебя, может, и получается. У меня – нет.

– Если у тебя получается удерживать силу внутри себя, получится и заставить ее повиноваться твоей воле.

 – Волк снова задумчиво потер подбородок. – Я уточню тут кое-что…

– Уточнишь? То есть ты даже не знаешь, как это работает? Но ты же сам…

– Это другое. Ты – другая. Остальные… они тоже были связаны с Диколесьем, но другим способом.

И снова эта надежда в его голосе, такая невыносимая, что ее было больно слышать.

– Твоя сила сможет удержать Тени. Может быть.

Она отличалась от остальных Вторых Дочерей – тех, кого Диколесье пожрало до нее. Наверное, это должно было ее ободрить.

Но перед глазами Рэд мелькали ветки, кровь, Нив, рухнувшая как подкошенная, несмываемый привкус грязи во рту… Это произошло четыре года назад, но для нее это все случилось словно вчера.

Девушка покачала головой.

– Эта сила опасна, – пробормотала она. – Ее нельзя приручить.

– У нас нет особого выбора. – Эммон наконец посмотрел прямо на нее поверх своего причудливого носа – его ломали минимум два раза. – Я сделаю все, что в моих силах, чтобы уберечь тебя от Диколесья, Рэдарис.

Но тебе придется помочь мне. Одному мне не справиться. Я пробовал.

В голове Рэд снова зазвучал жуткий голос, в котором не было ничего человеческого: «Но сдерживать это вечно – на такое ни у кого не хватит крови».

Они стояли в наполненном тишиной дворике под лишенным звезд небом, и Эммон не сводил с нее глаз. Рэд с усилием оторвала от него взгляд. Он излучал боль, такую острую, что Рэд не могла ее вынести – и не могла найти слов, чтобы облегчить ее.