Дочь для волка

Когда она вернулась в главный зал, Эммон движением плеч сбросил с себя сюртук и протянул девушке, избегая встречаться с ней взглядом.

– Там холодно.

После минутного колебания Рэд взяла сюртук и накинула на плечи. Он еще хранил тепло тела Волка. Сюртук доходил ей почти до колен и пах старыми книгами, кофе и опавшими листьями.

Хмурый Эммон открыл дверь и шагнул в туман.

Глава восьмая

Небо потемнело до фиолетового, укутав Диколесье в черный и темно-синий. Желтое сияние Крепости в нескольких дюймах от нее поглощалось тьмой.

Лес словно бы не одобрял слишком яркий свет.

– Не отставай.

На один шаг Эммона Рэд приходилось делать два, и он явно не собирался подстраиваться. В лучах уходящего солнца на его талии блеснул кинжал.

Рэд шла быстро, держась за спиной Эммона. Рукава его сюртука скрывали кисти ее руки, но она ухватилась за потертую ткань и натянула ее посильнее. Ночью, что бы здесь за нее ни сходило, в лесу оказалось ужасно холодно. Даже если Эммон мерз без сюртука, он ничем этого не показал.

Рэд решила, что он уже привык к холоду.

– Ничего не трогай.

Они подошли к воротам. Туман клубился над створками, тень Эммона из-за этого казалась почти черной. Эммон свирепо покосился на Рэд через плечо:

– Держись все время рядом. И чтоб ни одной капли крови.

– Даже в мыслях не было.

– Хорошо.

Эммон коснулся ворот. Как и тогда, когда Рэд вошла в Крепость, по металлу вверх от земли зазмеилась трещина, и вот уже дверь распахнулась перед ними. Волк шагнул в густой туман, клубы его взметнулись у его ног.

Рэд двинулась следом. Деревья плотно обступили их. Белые ветви возносились во мрак над их головами – ненасытные лезвия, ждущие только знака. Рэд глянула на них и шагнула к Эммону поближе. Она чувствовала тепло его тела и видела, как перекатываются мускулы у него под рубашкой.

– Мы ищем прорывы со стороны Тенелесья, верно?

Эммон утвердительно заворчал в ответ.

– И как они выглядят?

– Как тьма.

Эммон отвел с их пути ветку дерева.

С того места, где находилась Рэд, ветка выглядела как кулак с полуразжатыми пальцами.

– Как лужа черной грязи, сама по себе или вокруг белого дерева, если мы доберемся до нее достаточно быстро. Место, где Диколесью уже не хватает сил держаться, и Тенеземье прорывается сквозь него.

– Думаю, я его видела.

Кольцо тьмы вокруг белого дерева, покрытого гнилью, – она видела его, когда пересекла границу, на самом краю Диколесья – вполне соответствовало описанию Эммона.