Дочь для трона

Хотя мысль о вместе и казалась ему безумно странной.

Он любил Нив. Любил с самого их детства. Но уловить суть этой любви было намного труднее, чем осознать сам факт, – уловить ее природу и форму, понять, какое место это чувство занимает в его груди. Раффи любил Нив, но знал ли ее вообще? До всего этого ему казалось, что знал. До леса и Рэд, до белых деревьев в Святилище, до того, как она втянула в себя тьму и исчезла под землей.

Увидев, на что она способна, на что она готова пойти, Раффи понял, что все-таки не знал ее совсем.

Сейчас весь рой нескончаемых мыслей отступил далеко – когда убийца, которого он готов был встретить со дня возвращения в столицу, наконец пробрался в его комнату.

Раффи лежал без рубашки в кровати и щурился в темноту, глядя на того, кто скрывался в тенях. Перед тем, как убийца его разбудил, Раффи снился сон: огромное белое дерево, увитое сплетениями черных и золотых линий.

Остатки сна еще плавали в уголках его сознания, пока он следил за крадущейся по комнате фигурой сквозь опущенные ресницы, едва приоткрыв глаза.

Раффи старался дышать глубоко и ровно и лежать расслабленно. И руку под подушку, где всегда держал наготове короткий кинжал, запустил так, словно просто заворочался во сне.

Убийцу это движение не спугнуло. Он и одет-то был как будто не для такой работы – весь в черном, да, но его наряд казался то ли робой, то ли платьем. Впрочем, это наверняка была игра света.

Темная фигура подобралась ближе. Блеска клинка не видно, но есть и другие способы убить.

Раффи покрепче стиснул рукоять кинжала под подушкой. Надо узнать, кто его подослал, прежде, чем прикончить. Сейчас почти все вокруг виделись Раффи возможными врагами, но было нелишним узнать, кто именно оказался самым смелым.

Когда человек подкрался достаточно близко, чтобы заметить его прищур, Раффи опустил веки. Глубоко вдохнул через нос, стараясь успокоиться и вспоминая навыки, освоенные за год тренировок с тором. Щеку ему чуть обдало теплым дыханием – убийца склонился вплотную.

Раффи зарычал и резко сел, рассекая кинжалом воздух и задерживая острие клинка прямо под горлом темной фигуры.

– Короли и тени, Раффи! – Звонкий смех. Знакомый. – Ты проворнее, чем я думала!

Он сузил глаза, привыкая к сумраку и вглядываясь в игривую улыбку той, кому приставил к шее кинжал.

– Каю?

Окада Каю, третья дочь императора Ниоха, блеснула зубами в лунном свете, поднимая руку и сбрасывая капюшон.